Пару секунд царила полная тишина, затем кто-то попытался открыть дверь, повернув ручку, но препятствие в виде засова не позволило этому кому-то осуществить задуманное. Филенка двери содрогнулась под ударами кулака. Потом стало тихо — возможно, неизвестный визитер прислушивался, — после чего раздались шаги вниз по лестнице. Джордж выдохнул и кивнул, и Финн впервые за все утро почувствовал облегчение. Судя по мешкам и ящикам, в беспорядке сваленным на плиточном полу, они находились в кладовой. Парнишка сообразил, что рядом должна располагаться кухня, и заметил еще одну дверь, довольно низкую. Возможно, за ней возился со стряпней сам Макфи.

— Ты просто рожден для сцены, парень, — тихо проговорил Джордж. — С этой байкой о бедном братике, умирающем от желтой лихорадки, да про сыроварню!.. Тебя ждет успех, как пить дать, — если прежде не пришьют. Это же ты в Спитлфилдзе явился за мальцом в одиночку? Хоть ты тогда и был в летной маске, твой зеленый сюртучок я сразу признал.

— Да, сэр, это был я, — не стал отпираться Финн.

— Уж больно ты рвешься его освободить. Родня, что ли? — Мужчина перевел взгляд с одного мальчишки на другого.

— Вовсе нет, сэр. Дело в том, что я мог помешать доктору похитить его, но не сделал этого. Теперь пытаюсь исправить.

— Так и думал, что тебя грызет совесть, — кивнул Джордж.

— А вы, сэр? — храбро вопросил парнишка. — Теперь-то вы и сами угодили в переплет.

— Если они не узнают, что это я вам помог, ничего мне не будет. Выпутаюсь как-нибудь.

Он покосился на дверь, и Финн решил про себя, что дела обстоят не столь оптимистично. Ведь Нарбондо послал за Эдди именно Джорджа, так что его содействие побегу будет очевидным.

— А теперь слушай меня внимательно, — снова заговорил лысый головорез. — Под трактиром проложены туннели. Сейчас вы спуститесь в один из них, но выбираться тебе придется самому. Вот, приготовил свечки и спички, — он протянул Финну кожаную сумку. — Увидишь ручей на полу туннеля — иди по нему, тогда будешь спускаться на север к реке. В конце концов тебе попадется проход, ведущий наверх — он будет сухим. Если пойдешь влево — запомни, все время влево! — выйдешь на поверхность возле залива. Сразу же прячься в лесу или где попадется и двигай поверху к реке. Все понял?

— Да, — кивнул Финн. — Удирать по ручью вниз, а когда наружу — влево, там будет сухо.

— Точно. Если не там свернешь, можешь оказаться где угодно, тогда ищи любую тропинку, куда-нибудь да выведет. Деньги есть?

— В башмаке.

— Толковый паренек. А если вам не повезет и вас поймают, старину Джорджа вы не видели и знать не знаете. Ты сам стянул еду и свечи на кухне, пока Макфи рядом не было. Понял? И это ты запер дверь на засов и сам нашел путь в туннель. Если они просекут, что я дал слабину, мне конец. Сейчас поднимется переполох, и я буду искать вас вместе с остальными. Если попадетесь, сомневаюсь, что мне удастся вас вызволить.

— Да сэр, я все понимаю. И спасибо вам, сэр, мы вам очень признательны.

— Пока не выбрались, с благодарностями не спеши. Все, идем.

Джордж распахнул дверь чулана, оказавшегося пустым, что в кладовой выглядело несколько странным. Пол каморки, однако, был хитро закреплен на петлях, что стало очевидно, только когда Джордж откинул люк. Он кивнул Эдди и Финну на уходившие во тьму ступеньки. И в этот миг для парнишки все разом перевернулось. Буквально пару минут назад ему казалось, что из комнаты наверху невозможно выбраться, и вот теперь перед ними многообещающая темнота. Пока туннели представлялись загадкой, но ведь все на свете является загадкой, пока ее не разгадаешь. Спички и свечи помогут отыскать дорогу.

Финн и Эдди спустились в темную круглую выработку, укрепленную сверху балками. Посередине грязновато-белого пола куда-то бежал ручеек, с потолка капало. Свет лился только из открытого люка над головами ребят, дальше в туннеле царили мрак и холод.

— Bon voyage, как говорят французы. Зажигай свечу. — Джордж приподнял шляпу. Дождавшись, когда свеча разгорится, он закрыл люк.

Финн взял Эдди за руку и двинулся вперед. Почти тут же позади наверху послышалась какая-то возня. Парнишка остановился и обернулся, полагая, что Джордж решил спуститься за ними, однако лесенка так и осталась темной, а потом и шум стих. Беглецы поспешили продолжить путь. Свеча отбрасывала кружок света, только и выхватывающий из мрака что ноги да ручеек, о котором предупреждал Джордж. В туннеле ощущалась сырость, в затхлом воздухе стояла вонь. Свеча вдруг погасла, хотя сквозняка не было. Эдди прижался к Финну, но не заплакал. Парнишка прикинул расстояние до залива — насколько ранее ему удалось разглядеть с кареты, вряд ли река располагалась слишком далеко. Стоило ему, однако, обнадежить себя, как из тьмы впереди раздался бестелесный глас:

— Привет, цыпочки. Остановитесь-ка на минутку.

Открылась дверца потайного фонаря, и Финн в ужасе уставился на держащего его человека — елейно улыбающегося Коржика собственной персоной. На нем была та же самая щегольская одежда, что и прошлой ночью в трущобах — синий жилет и черно-белые кожаные туфли с узкими носками, сейчас, впрочем, покрытые меловым налетом. Ростом он был не намного выше Финна, что, впрочем, не мешало ему казаться таким же порождением ада, что и тогда под мостом. Он стоял и освещал беглецов фонарем, словно был приятно удивлен встречей с ними.