— Да хватит тебе уже скулить! — устав от нытья и потока слез Арины, не прекращающегося от самой стены поселка, злобно зашипел Аргель.

Девчонка на короткое мгновение затихла, но не сумев сдержаться — снова брызнула слезами и вместо скулящего повизгивания разразилась еще более жалобным подвыванием.

— Отстань от неё, — бросил другу Арворн, — Ей просто очень страшно.

— А тебе я смотрю — нет? — друг яростно сверкнул в его сторону даже потемневшими от злости и испуга глазами, в кривом оскале распахнув свой и без того широкий рот.

— И мне тоже страшно. — спокойно кивнул он, — И тебе — поэтому ты так и злишься. Не на Арину — на отражение своего собственного страха в её лице.

Опустив голову, приятель несколько раз глубоко шумно вздохнул и снова поднял взгляд на Арворна:

— Ну и что делать будем?

Вопрос Аргеля не удивил. В их паре именно он — Арворн, всегда был заводилой и лидером. Впрочем, это касалось не только их отношений. Все сверстники в поселке относились к Арворну с уважением и всегда прислушивались к его словам… Ну… почти всегда, если уж совсем честно…

И дело было вовсе не только в перепавших ему по наследству необычных качествах и не потому, что Арворн был единственным сыном главы их поселения. Судьба была во всем щедра к этому юноше и не обделила его ни здоровьем, ни силой и ловкостью, ни острым умом, ни необходимыми для лидера чертами характера.

Ну и способности, доставшиеся мальчишке от рождения и все ярче проявлявшиеся по мере его взросления — несомненно, тоже играли свою роль. Кроме Арворна никто в их деревне не мог похвастаться хоть чем-то подобным. За исключением отца, конечно.

Например, этот совсем еще юнец мог обнаруживать и выслеживать зверя на расстоянии. Пусть не слишком-то и великом, но находящимся уже вне поля зрения других, взрослых матерых охотников.

Мог придать силы уставшему и погрузить в сон мечущегося от боли раненного или больного.

Мог передавать воинам распоряжения отца, находясь в посланном в обход или сидящем в засаде отряде.

Прекрасно видел и ориентировался на местности в полной темноте…

У одних земляков способности сына вождя вызывали откровенное восхищение, у других — зависть, у третьих — проистекающую из неё же, тщательно скрываемую неприязнь.

Когда-то давно — семь поколений назад, когда в мир Атреи только пришла система — подобные способности мог достаточно легко заполучить и развить в себе буквально любой. Но со временем они становились все менее доступными для широкого круга людей и в полной мере остались досягаемыми лишь для избранных, либо очень уж везучих и бесшабашных.

Ибо все бонусные очки, даруемые системой в награду за различные достижения — были выбраны еще дедами дедов нынешнего поколения атрейцев.

Сейчас для того, чтобы набрать необходимые параметры характеристик для овладения хотя бы простейшими ментальными способностями — обычный человек должен был приложить воистину титанические усилия и при этом еще как-то умудриться остаться в живых.

И если «разговаривать» на расстоянии мог примерно один из трёх людей, то к примеру «видеть» не задействуя глаза — лишь один из тысячи, а то и двух или трех. А оказывать ментальное воздействие на других и вовсе один из десятка тысяч атрейцев.

Но даже то, что оставалось относительно доступным другим — у тех, для кого это было врожденным качеством, работало гораздо эффективнее, чем у остальных. Например: там, где взрослый опытный воин и охотник мог увидеть зверя за сто шагов, юнец вроде Арворна делал то же самое — на расстоянии в два-три раза дальше.

Такие как он — чаще всего становились лидерами и вождями своих общин. Или, как минимум — обретались рядом с теми, кто принимал решения. И само собой не в роли прислуги, а в качестве ближайших советников и помощников.

— Так что делать-то станем? — настойчиво переспросил Аргель, безоговорочно доверяя общую судьбу всех троих подростков — решению друга.

— Подождем, — самую малость помедлив, ответил сын вождя, — Здесь. Потом я вернусь немного поближе к поселку и посмотрю, что там сейчас происходит. Вот тогда уже и будем решать, что нам делать, — он тяжело, почти как взрослый, вздохнул.

— Отсюда совсем ничего не увидишь? — тоже вздохнул Аргель.

Арворн покачал головой.

— Нет. Пробовал. Только что. Способности не хватает. Ближе надо подойти. И энергию экономить… И даже отец ни разу так и не откликнулся.

… Арворн еще не прошел свою первичную инициацию. Она совершалась, когда человеку, владеющему наследственными навыками, исполнялось шестнадцать лет. Ему же сейчас — еще не было и полных пятнадцати. Отец говорил, что только после первичной инициации проявляются все доступные способности, количество энергии увеличивается, а уже имеющиеся умения, начинают работать в свою полную силу.