— Это как твоя ситуация? — спросил парень. — Ты не можешь получить фолиант потому, что когда-то отказалась покорять лабиринт?

Мишель открыла глаза и посмотрела на Алекса. У него на подбородке виднелась красная полоса от соуса. Увидев это, девушка улыбнулась и явно привлекая внимание показала сначала на свой подбородок, а следом и на Алекса.

Парень, быстро все осознав, засуетился и поспешил вытереть лицо. В это же время Мишель начала отвечать:

— Возможно. Понять волю лабиринта вообще тяжело. Да и я не то чтобы не могу получить фолиант.

Приподняв взгляд, девушка посмотрела на потолок. Где-то позади нее на потолке находилась круглая выемка, которая плавно переходила в небольшой стеклянный купол. Из-под этого купала сочился лунный свет, который падал своими лучами на постамент и плавно расползался то по полу, то по потолку.

— На самом деле, — продолжала Мишель, — мне попадалось много ценных книг, в которых я находила исключительно деньги, а могла не получить вообще ничего. Разве это не показатель того, что лабиринт на моей стороне? Да, я не видела фолиантов со способностями, но если бы лабиринт действительно отрекся бы от меня, тогда я и другие редкости бы не увидела. Просто мне кажется, что меня пытаются проучить.

Алекс прожевал последний кусок бутерброда и, сглотнув, ответил:

— Даже не знаю.

— Говоря об этом, — с улыбкой произнесла Мишель. — Есть и другой факт, который усложняет жизнь тех, кто остается в безопасных зонах.

— Какой?

Девушка стала выглядеть серьезнее. Нахмурившись, она ответила:

— Бывшие покорители. Люди, которые смогли добиться успехов в лабиринте, но отказавшиеся от продолжения покорения. У них есть связи, деньги и влияние. Безопасные зоны фактически находятся под их влиянием, и не все бывшие покорители жалуют прибывших слабых новичков.

— О, — радостно протянул Алекс, — я знаю несколько таких. Как оказалось, даже гильдия, охранявшая первую безопасную зону, была знакома с ними.

— Вот поэтому, чтобы зафиксироваться в безопасной зоне, ты должен еще доказать, что чего-то стоишь.

Вновь приложив правую руку к подбородку, Алекс задумался. Голос его прозвучал тихо:

— Но ведь я тоже отказывался покорять лабиринт, а все же скрытную комнату после этого видел.

— А ты до своего отказа выше первой безопасной зоны поднимался?

— Не особо…

— В этом и разница. — На женских губах появилась ироничная улыбка. — Ты был новичком, который еще не познал строение башни. Поэтому ее зоркий глаз даже не был направлен на тебя. Чем выше ты поднимаешься, тем больнее падать. Слышал подобное?

— Конечно.

— В лабиринте это значит, что чем выше ты поднимешься, тем сложнее будет отказаться от покорения. — Приподняв руку, девушка отвела ее в сторону и как-то машинально пожала плечами. — Иначе наказание от самого лабиринта будет суровым. Бывшие покорители отказываются от приключений на свой страх и риск.

— Но те, кого я знаю, не выглядели несчастливыми или измученными.

Мишель посмотрела на Алекса. Разговор с ним на удивление казался приятным. Более того, ей даже нравилось то, что он интересовался особенностями лабиринта.

— Никогда не знаешь, что может случиться завтра, — ответила Мишель. — То, что у твоих знакомых сейчас все хорошо, не значит, что им будет вести и дальше. Именно поэтому многие чтецы после отказа от покорения даже пытаются навсегда покинуть лабиринт.

— Неплохой вариант, — с улыбкой протянул Алекс.

— Но потом они все равно возвращаются.

— Зачем?

Мишель вновь улыбнулась и пожала плечами. Ответ ее прозвучал расслабленно и даже немного насмешливо:

— Кто бы знал. Я слышала, что какой-то голос зовет их обратно.

Алекс нахмурился. Теперь в его представлении лабиринт казался еще более странным существом, нежели объектом. Более того, после недавних разговоров с Марсом, он начал задумываться и о том, что редкие книги тоже могут иметь свою волю в этом месте. Это и интриговало и пугало одновременно.

— У лабиринта есть конец? — вновь спросил Алекс.

— Не знаю. Спроси это у тех, кто поднялся выше сотого.

— А вы, — прозвучал хриплый голос неподалеку, — неплохо ладите.

Медленно приняв сидячее положение, Марс устало почесал голову. Глаза его были приоткрыты, движения медлительны.

— Марс! — радостно вскрикнул Алекс. — Живой!

Марс, смерив друга оценивающим взглядом, насмешливо ответил:

— Конечно живой. Еще бы я таким не был.

Алекс нахмурился. Он быстро поднял руку и указал куда-то в сторону замурованной двери, где на полу были видны остатки размазанной растекшейся красной жидкости.