Престон помедлил, затем резко кивнул.

— Согласен. Фактор противостояния с американцами играет против слива информации на сторону. А второе возражение?

Я откинулся, спинка кресло послушно качнулась назад, переходя из строго вертикального в полу горизонтальное положение.

— Если фон Бергеры и правда выжили, и сумели отсидеться, то скорее всего вскрыли свои тайные хранилища. А это, оружие, артефакты. Возможно, неизвестного нам типа. Не хочется отдавать такой приз в чужие руки.

— Но мы тоже рискуем завязнуть, если полезем туда, — проронил Престон. — Разве отступление не будет для нас таким же лишением достоинства, как и для Орловых?

— Нет. Для Орловых воскрешение давно поверженного врага — позор, который обязательно нужно исправить. Для нас — всего лишь инцидент на отдаленной роботизированной ферме. В случае необходимости, мы без урона отступим, не влезая в затяжной конфликт.

Сэр Артур понимающе смежил веки.

— Главное интерпретация факта, а не его реальное значение, — одобрительно проронил он.

Я пожал плечами.

— Под интерпретацию необходима подходящая основа. Без фундамента, ни один замок не выстоит, каким бы он не был воздушным.

Мы рассмеялись. Иногда информационные отделы конкурирующих кланов выбрасывали в сеть настолько противоречивые сведения, что добраться до истины, сквозь толстые сложи лжи и полуправды не смогли бы даже самые настырные правдолюбцы.

Одна ложь порождала другую. Но последняя легко могла обратиться истиной. Главное в нужное время и в нужном месте.

В дверь робко поскреблись, в приоткрывшейся проем заглянула симпатичная мордашка, осведомившись насчет кофе или чего-то еще.

Взмахом руки отослав услужливую секретаршу с ресепшена (а судя по личику, что я видел, при выходе из лифта на этаж, это была именно она), я вернулся к теме разговора:

— Предлагаю отправить группу разведки. Пусть осмотрятся на месте, разберутся.

— На ферму? — уточнил Престон.

Хороший вопрос. В принципе ферма уже отработанный вариант. Что там смотреть? Чужаки пришли, забрали урожай и ушли. Разве что попытаться пойти по следам. Но что-то сомневаюсь, что это получится.

Я почему-то вспомнил о станции. Срочные новости вынудили прервать инспекцию. Жаль, не удалось вволю побывать на орбите. На Луне например, я вообще ни разу не был, хотя у клана Строгановых на лунной базе имелся собственный автономный отсек.

— Думаю пусть сразу отправляются в окрестности Магдебурга. После Великого Откровения и потери старой цитадели, фон Бергеры именно туда перенесли свою основную резиденцию. Замок уничтожили в ходе войны, и вроде даже позаботились о подземных уровнях применив спец-боеприпасы для уничтожения бункеров, но в жизни имеет быть место случаю. Вдруг что-то сохранилось.

— Тем более, что фон Бергеры являлись носителями стихии Тверди, — вполголоса проворчал Престон, — и могли предусмотреть, что их главный замок подвернется высотной бомбардировке, защитив скрытые уровни.

Я поморщился. Не хотелось соглашаться, но доля логики в словах советника присутствовала. В свое время Цитадели европейских кланов уничтожали тщательно, выжгли все до скального основания, перепахали вдоль и поперек, стерли с лица земли все, вплоть до фундамента. Однако что-то могли пропустить. Такое редко, но случалось. И это приходилось учитывать.

— Если кто-то из фон Бергеров действительно выжил, то с высокой долей вероятности попробует окопаться на месте старой крепости.

— Гордость за родовое имя, — понимающе пробормотал Престон.

— Да, — подтвердил я. — Не удивлюсь, если даже что-то попытаются восстановить. Обосновавшись на месте разрушенной цитадели, они как бы заявят о своих правах на уничтоженный клан. Хотя не понимаю, как все это может потом сработать. Другие великие рода вряд ли их признают. К тому же уже прошло столько лет. Почему не объявились раньше?

— Накапливали силы? — предположил сэр Артур.

С моей стороны последовал неспешный кивок.

— Возможно, но не обязательно. У них могло быть много предлогов не высовываться. Но теперь их обнаружили. И за этим непременно последует реакция.

Холенная рука Престона небрежно положила пульт на стол, пластик мягко коснулся стеклянной поверхности.

— Они могли не заметить наблюдения за собой и не знать, что их раскрыли. Запись длилась всего несколько секунд, — напомнил он.

— Это может быть оплошность, а может быть намеренный жест, — не согласился я и указал: — До этого всю записывающую аппаратуру нападающие аккуратно выводили из строя еще до своего появления. Вспомни, ни одного байта информации так и не удалось извлечь из поломанной техники, хотя компьютерщики и пытались.