— Что за чудо, сколько стоит? Спросил я у продавца.

— Стоит сто золотых, раб из самой Теократии. Вышколен как садовник. — ответил тот.

— Что? — раздался голос Ригарда, девочек и мой.

— Говорит он по-нашему? — уточнил я, обходя это тоже плохо одетое чудо вокруг.

— Немного понимает, но в своём деле ас. — берите, его точно уже завтра не будет, сейчас аукцион пройдет и купят.

— Гарод, а можно я его потрогаю? — святая невинность в виде Пьон искренне заинтересовалась рабом.

— Конечно потрогай, он не опасен? — уточнил у продавца.

— Нет, что вы. У них рабы живут хуже наших, он думаю рад что раб здесь, а не на родине. — успокоили меня.

Пьон, опасливо подойдя к рабу, стала трогать его за ногу, до его руки ей было трудно достать.

— Ррррр. — рыкнул неожиданно раб, напугав Пьон отскочившую за один прыжок на метр.

А он ещё и с юмором, неожиданно понял я, увидел веселые глаза гиганта. Надо брать, интересно же про жизнь в теократии узнать, решил я. Да и как спаринг партнёр подойдет.

— Беру. — решился я на покупку.

— Гарод он злой, какой-то. — воспротивилась Пьон, которую обидела шутка раба. И ест наверняка много!

— Ничего, если кого-то долго бить по морде камнем, он непременно станет добрее. — утешил я её.

Раб, картинно закатил глаза, подтвердив, что кроме юмора ему и доступна наша речь, так как мои слова он точно понял. Рассчитавшись, я задумался, а где найти коня ему? Кроме моего фирменного никто и не выдержит.

— Как звать? Я с высоты коня был не сильно выше его ростом.

— Болик, ваша светлость. — немного с акцентом ответил он.

— Болик, анаболик слушай сюда. Твои способности мы конечно проверим, а пока будешь делать что скажу, девочкам не грубить не пугать, а то зубов меньше станет. Всё ясно?

— Предельно! И спасибо что купили, а то уже была тут старушка с такими добрыми глазками что аж жутко стало.

— Это не она с двумя девочками ушла недавно? — заподозрил я давешнюю покупательницу близняшек.

— Нет, та ещё не вернулась, сказала пошла за монетками.

— Пойдешь с караваном других рабов, а пока следуй за мной.

Я разрешил делать девочкам покупки, и они с довольным писком начали это делать, заходя то в один магазин, то другой. Причем если Пьон, почти ничего не покупала, то Мила и Ольча не стеснялись, оно и понятно, жизнь у них не особо богатая была. Но если Ольча покупала, женские вещи, то Мила брала хозяйственные, чем меня приятно удивила. Зато в книжной и магической лавке немного отоварилась и Пьон, купив магический нагреватель в частности. Провозились мы до вечера, и придя к месту отправки каравана в замок увидели уже только часть его.

— Повозок купили мало. — подошла ко мне Лиска, которую я оставил на закупке вместе со старостой. Но я наняла три плота, будут перевозить по десять человек до хутора, всё быстрее чем пешком.

— Вот тебе помощник, купил только что. Болик зовут. — я кивнул на гиганта.

— С теократии я вижу, по-нашему говорит?

— Уж получше тебя. — внезапно подал голос Болик.

— Она старшая, что скажет то и делай. — наставительно сказал я и мы направились в наше имение. Я тоже прикупил немного вещей, серебряный круглый календарик для подсчёта женского цикла. Там вращались два диска и окошко показывало сколько дней до благоприятного периода. Собственно, даже два штуки, для Милы и Пьон. Картина эффектной рабыни стояла у меня перед глазами, и Ольче сегодня придётся нелегко.

На самом деле нелегко пришлось мне, Ольча, подстегнутая моим интересом к магессе, решила выжать меня досуха, и её это удалось. Поматросили меня знатно. Поспать, я смог только урывками, но недовольным не был, расслабон настиг меня, хотя ещё день минимум пути до дома. Потягиваясь, я вышел утром из своей комнаты и наткнулся на встревоженную моську Милы.

— Гарод, там с рынка рабов приехали, бабу эту привезли. — недовольно сказала невеста.

— А зачем её привезли если мы её не покупали? — удивился я.

— Гарод давай я пойду узнаю, и отправим её назад. — услышала разговор Ольча.

— Сам схожу, — буркнул я и вышел во двор.

Там уже стояла Пьон и о чем-то беседовала с давешним распорядителем, рядом стояла рабыня со скучающим видом, ради разнообразия одетая, но так, что я понял, что Ольча не все соки из меня выжала, пожалуй, я ещё на что-то годен как самец. Предметов одежды на ней было всего два — приталенная короткая туника, но с таким разрезом сбоку в области подмышек, что колыхающуюся грудь было отчетливо видно в эти дырки, а в области талии разрез смыкался, но лишь для того чтобы дальше стать ещё шире и обнажить красивые ноги и узкую полоску трусиков, являвшимися вторым предметом одежды. Я растерянно обернулся, и увидел узкий прищуренный взгляд Милы и Ольчи направленный на красотку. Если бы их черные и голубые глазки были лазером, то на месте магессы уже была бы обгоревшая проплешина, а в тот момент, когда они перевели взор на меня я почувствовал, что такое быть мишенью.