— Продам или сменяю, на кой он мне? Но в живых его оставлять не хочу, поэтому после допроса кончай его.

— Мне бы жену забрать с дочей, а потом можно и убить. Да и бабы эти его не нужны, но тебе их хоть продать можно в рабство, а барон может претендовать на земли, тут ты прав.

Беседуя таким образом на светские темы мы подошли к замку, и я был атакован ураганом по имени Пьон.

— Вот ты гад какой! Весь в крови. Зачем сам полез? Что больше некому? Этот порез откуда? — задавала тысячи вопрос жена, стуча по груди, и иногда подпрыгивая и по макушки своими кулачками.

— Некому, веришь, стою один перед воротами, их вот-вот сломают, и думаю о твоих красивых глазах. — героически хвалюсь перед женой, ощущая наступивший откат от боя.

— А где твоя гвардия была? — зло сказала Пьон и так посмотрела на Ригарда, что тот стал меньше раза в два.

— Они вовремя успели, встали рядом, бились потом мы вместе. Ты давай в замок иди, я навещу пленных.

Против ожидания жена не стала спорить, а ещё раз зыркнув на Ригарда, гордо удалилась. Спустились в подвал и первым, что увидели труп мага в клетке.

— А что мы могли сделать? — оправдывались гвардейцы Орба. Он опять очнулся, а мага рядом нет, пришлось резать.

— Проехали, так где тут Готриб? — отмахнулся я.

Подумаешь убили, «помер Максим и хрен с ним». Сам барон не впечатлил, грязный израненный, с одним открывающимся глазом, и что Артина в нём нашла?

— Зажился ты на свете, — обращаюсь, присев на корточки к лежащему и связанному барону.

— А ты далеко пойдешь, мальчишка. — усмехнулся окровавленными губами тот.

— Где моя жена и дочь. — вступил в разговор Остин.

— Знал бы что это твои, не тронул бы. А так жена тебе правду сказала, они и занималась продажей у нас. Не достать тебе их с того берега, не любят там наших магов теократы. Ничего, ты я знаю моей пользуешься.

— На кой их рядом посадили? — поморщился Остин. Хотя тут такая суета была, ну да ладно.

— Смешной ты, да не успели они в теократию добраться, дам контакты тебе их нового владельца, они ещё в сторону границы движутся, если жену и дочь отпустите. — посулил барон.

— Отпущу, если отдашь семью его. — подтвердил я.

— По моим прикидкам они уже прошли степь и скоро будут в нашем главном порту на берегу океана.

— В Карасте? — перебил Остин.

— Да, гильдия магов там есть, у меня есть связной камень, артефакт стационарный, нашли вы его уже думаю. Свяжешься с бароном Азаларом, дрянной человечишко, но деньги любит и маг гильдейский связной. Дашь две цены, он тебе и вернёт пленников.

— Их я понимаю тайно везут? Уточнил Остин. С чего ему бы мне верить?

— Заедешь в банк, отдашь деньги нужному человеку, и всё, остальное не твоя забота. — упорствовал Готриб. Он скажет кому.

— Гарод, это мне уехать срочно надо в порт! А я тебе обещал? Отпустишь? — бил копытом Остин.

— Зачем? А ты же раз в день связываешься с портом, неужели за тебя некому заплатить?

— Точно, я пошёл наверх к связному камню. — заторопился муж и отец.

В задумчивости выхожу наверх, оглядывая поле боя. Стены целые, а ворота разбиты. Ещё и ход этот подземный! Вот какой с него толк теперь? Каждая собака знает про него, придётся завалить. А шустро они его выкопали, и место выхода удачное. Ведь вокруг замка нет леса, а тут во рве и не на глазах, и копать недалеко. Самое то для вылазки или диверсии.

— Что с потерями? — поймал за рукав Рауца.

— А! — не спрашивай, укоротили наш отряд на стенах, да и парочка конных погибла. — ответил тот.

— И всё-таки?

— Дюжину потеряли, и ваш один, ну и два из расчета требушета, и два обозника итого семнадцать трупов.

— Это кто из наших?

— Тот, который вашу жену охранял.

— Я-то думаю, кого там маг зашиб в подвале, когда очнулся, а это вон кто.

— Помощь медицинскую твои оказывают, отрядный маг жив, за остальных ты платишь неплохо. В целом, могло быть хуже.

— А враги?

— Удрало человек десять кочевников, отряд Филика их преследует, ну и остальных пока считаем.

— Занимайся делами, нормально вам заплачу, в очередь к вам стоять новобранцы будут. — постарался его успокоить.

Минут сорок ушло на беседу с женой, она хоть и бодрилась, но такие передряги для неё непривычны. И жалко было погибшего воина, она его с детства знала, и момент с утаскиванием её в подземный ход приятных впечатлений не добавил. Но паники особой у неё не увидел, она занималась привычным делом, сортировала трофеи, взяв на себя и деньги и артефакты, ну и конечно коней описывала. Раз всё спокойно попытался выйти во двор, но был пойман алчным другом.