— Не знаю, дружок, что он за боец, но тебя явно не боится. Чувствует себя фаворитом. Со мной наглеть не стал. Прямо сказал: на мировую не согласен. Словно мы её предлагали. Обсудили длину оружия. И количество народу с каждой стороны. С тобой пойду я и магик с артефактом регенерации. Жезл-то у тебя есть?

— Найду.

— Хорошо.

Вар Нойс развернул свёрток.

— Это наряд для твоей подружки, — сказал он. — На ней эмблема моего клана. Пусть одевает его всякий раз, когда захочет выйти за пределы дома. Ни у тёмных, ни у стражи вопросов к ней не возникнет. И ещё вот.

Исон выдернул из свёртка похожий на платок кусок полупрозрачной ткани.

— Такое носят на лице замужние женщины в Тоньском герцогстве. Дорогущая вещица! Через неё легко дышать. А вот лица не видно. Пусть Тилья оденет завтра — утром жары не будет, не запарится.

Я набрал в грудь воздух, собираясь возразить.

Вар Нойс жестом, призывая меня молчать.

— Не спорь, дружок! Повторяю: я не одарённый, с артефактом не справлюсь. Или у тебя есть другой кандидат? Нет? Тогда слушай меня. Капюшон, да эта полумаска. А ещё знаки моего клана. Твою подружку никто не узнает. Уверяю тебя. Увидят лишь её глаза, да лоб. Решат, что её привёл я, что она из тёмных. Не о чем переживать. А вот мне, если буду знать, что с нами магик, будет спокойнее.

— Я…

— Мне будет спокойнее, — повторил Исон, — за тебя. Очень уж не понравилась самоуверенная рожа этого вар Амона. Все мы смертны — тут я не спорю. Но я только-только нашёл выгодное дельце. И оно завязано на тебя, дружок. Ведь ты не хочешь, чтобы из-за какой-либо случайности во время дуэли я лишился дохода? Считай, что присутствие на завтрашнем поединке твоей розы — гарант моего спокойствия. Как и вот это.

Кит Шемани снял с пояса кошель, высыпал его содержимое на стол — три маленькие склянки.

— Могу поспорить на что угодно: твой противник без алхимии не обойдётся. Потому и ты не будь лохом. Выпей эти зелья завтра утром перед тем, как сядешь в карету.

— Правила запрещают использовать магию и зелья, — сказал я.

— Запрещают, — сказал Исон. — И что? Кого парит эта честность? Уверен, кит Рилок заморачиваться ею не будет — опустошит точно такие же три флакона. А то и что-нибудь подороже, если заранее разместил заказ у алхимика — по-настоящему убойные штуки можно пить только свежими. У пруда завтра утром будут шестеро: мы и они. И всё. Кто проверит, что принял перед боем ты или он? Как докажешь потом, что бой был нечестным? Всех волнует, кто победит. А не каким способом. Способ вторичен, жалуются на поражение слабаки и неудачники. Так что бери.

Кит Шемани придвинул ко мне склянки.

— Сделаешь, как я сказал. Выпьешь одну за другой. Гадость редкостная. Потерпишь. Всё же лучше пара глотков этой алхимии, чем волочить свои кишки по земле — поверь, пробовал и то, и другое. Так что не спорь. Зелья будут действовать до обеда. Времени хватит, чтобы вспороть Карцу брюхо и вернуться домой — живым.

— Завтра у меня учёба.

— Нет, дружок, — сказал Исон. — Никакой учёбы.

— Почему?

Вар Нойс усмехнулся.

— Точно не завтра, Линур. За всё в этой жизни приходится платить — за победу на дуэли тоже. После эликов учиться ты не захочешь. Да и не сможешь. Потому что у тебя будет очень… уверяю тебя!.. очень плохое самочувствие. Постель, тишина и холодный компресс на голову — вот, дружок, что тебе понадобится. Днём не сможешь думать не только об Академии, но и о своей подружке. Но не переживай — к вечеру отпустит. Ночью будешь спать, как матрос после пьянки. А уже утром не почувствуешь ничего, кроме слабости.

Он указал на бутылочку с красной жидкостью.

— Этот элик здорово повысит твою силу, сможешь тащить карету вместо лошади. Синий — скорость; выпьешь его и обгонишь любого коня. Жёлтый прочистит мозги, заставит замечать все движения противника — тебе почудится, что читаешь чужие мысли. Замечательные штуки. Если не злоупотреблять ими. Всю эту алхимию заливают в себя бойцы моего папаши, когда идут на разборки. В магазинах её не купишь — заказы на подобные штуки расписаны на год вперёд, несмотря на их стоимость. Так что бери. И вот это тоже.

Исон запустил руку в свёрток одежды и вынул из него клинок в ножнах. Один из тех, что походили то ли на короткий меч, то ли на длинный нож. Как я читал, именно таким в Селене принято кромсать друг друга на поединках чести.

— Это дуэльный меч, — сказал вар Нойс. — Тот самый, что был со мной при нашей с тобой первой встрече. Только благодаря тебе, дружок, он не стал трофеем этих уродов братьев вар Агнов. Зато я тогда здорово прибарахлился — один из их клинков оказался не хуже этого, присоединился к оружию в моей коллекции. Я тут вчера подумал: зачем тебе просить меч у родни, если можешь воспользоваться этим? Ведь я, говоря откровенно, лишился бы в ту ночь и его, и жизни, если бы не подоспел ты. Так что мне пусть останется жизнь, а клинок забирай.

Бросил меч мне.

— Бери, бери, не вздумай отказываться! Это даже не подарок, а возврат долга — сам не понимаю, почему медлил с этим. Меч офигенный, поверь. Такие делают только в Тигийских горах — тамошние мастера знают толк в изготовлении оружия, не то, что селенские криворучки. Наш оружейник следил за мечом, подправлял заточку — у отца с этим строго. Состояние клинка — идеальное. Если ухитришься, сможешь завтра откромсать Карцу руку или ногу — с эликом на это у тебя силёнок хватит. С удовольствием послушаю, как будет этот уродец визжать. Пусть гадёныш вкусит прелести настоящей драки. И навеки запомнит ваш поединок. В следующий раз Карц трижды подумает, прежде чем решится корчить из себя крутого бойца.