– Многие за это его недолюбливали…

– И в чем это выражалось? – вмешался Фэйрфакс.

– Ну, всегда есть люди, которые говорят… а уж в отрезанной от всего мира деревушке, как наша, таких еще больше.

– И что же о нем говорили?

Местные замялись и принялись переглядываться.

– Я лично так не считаю, но кое-кто говорил, что он пренебрегает Священным Писанием в угоду собственным идеям…

– Да, проповеди у него были странноватые…

Рота, золотарь, страдавший жестоким косоглазием, сложил руки на груди и со значением произнес:

– Поговаривают, епископ подослал священника в обычной одежде, чтобы шпионить за ним по подозрению в ереси…

– Я слыхал то же самое…

Фэйрфакс перевел взгляд с одного на другого. В разговоре с ним епископ не упоминал о расследовании такого рода. Он в задумчивости умолк, и кто-то – кажется, Ганн, кузнец – принялся наседать на него, советуя затянуться табаком. Фэйрфакс вежливо отказался, но кузнец настаивал:

– Я сам его ращу. Лучшего самосада по эту сторону Эксфорда вы не найдете.

Фэйрфакс неохотно взял замызганную трубку с длинным черенком и обтер кончик. Табак оказался крепким, чересчур крепким: губы защипало, глаза заслезились. Он закашлялся, как школяр, сделавший первую в жизни затяжку, отвернулся и, не глядя, протянул трубку кузнецу.

– А ну-ка, Джон Ганн, – послышался громкий и строгий голос, – сейчас же прекрати травить преподобного отца своим гнусным зельем.

Это подействовало мгновенно. Собравшиеся переглянулись, расступились, точно по мановению Ааронова жезла, подумал Фэйрфакс, и, не говоря ни слова, смиренно вернулись к огню.

– Надеюсь, они не очень докучали вам своими глупыми россказнями. – Это был тот самый здоровяк, который встал со своего места в церкви, чтобы утихомирить кричавшего. Он подошел и протянул Фэйрфаксу крепкую, широкую ладонь. – Джон Хэнкок. А это, – он взмахнул рукой с видом коллекционера, представляющего жемчужину своей коллекции, – Сара, леди Дарстон из Дарстон-Корта.

– Понятия не имею, почему он всякий раз, произнося вслух мое имя, тут же добавляет название поместья. – Леди Дарстон улыбнулась Фэйрфаксу и протянула ему затянутую в перчатку руку. – Иногда мне кажется, что он считает его моим главным достоинством.

– Вы прекрасно знаете, что это не так! – возмутился Хэнкок; судя по всему, вопрос вставал уже не впервые. – Не понимаю, зачем вы это говорите.

Она никак не отреагировала на его слова, по-прежнему глядя на Фэйрфакса. У нее были колдовские голубовато-зеленые глаза, скуластое, с твердым подбородком, лицо, бледная, как фарфор, кожа, покрытая россыпью веснушек, которые гармонировали с огненными волосами. Возраст – чуть за тридцать; наверняка замужем, подумал Фэйрфакс, но не похоже, чтобы за этим мужчиной. Под перчатками не было видно, есть ли на ее безымянном пальце кольцо.

– Очень благородно с вашей стороны – приехать в нашу маленькую церквушку из самого Эксетера.

– Эта поездка навсегда останется в моей памяти. И благодарю вас, ваша светлость, за ваше чтение.

– Она прекрасно читала. Я так и сказал ей, правда, Сара?

– Вы надолго собираетесь задержаться в нашей долине, мистер Фэйрфакс?

– Увы, я должен сегодня же отправиться в обратный путь.

– Что ж, значит, нам не повезло. Образованные люди в наших краях – большая редкость.

– Ну не настолько уж и большая! – Блеснул золотой зуб; Хэнкок рассмеялся, давая понять, что это шутка, но в его взгляде не было ни капли веселья. – Если хотите ехать, поезжайте прямо сейчас, сэр. В это время года дорога всего одна, и в сильный дождь путника на ней подстерегают опасности.

– Это, без сомнения, мудрый совет. И спасибо вам за то, что утихомирили того горлопана в церкви. Похоже, в деревне его никто не знает.

– Раньше я не видел его и уверен, что больше не увижу.

– Почему?

– Я сказал ему, что, если он не в состоянии удерживать язык за зубами, я затолкаю свой кулак в его глотку и помогу.

Сара Дарстон перехватила взгляд Фэйрфакса. Глаза женщины слегка расширились: все это явно забавляло ее, как и его.

– Что ж, если позволите, я займусь приходской книгой, а затем поеду. Леди Дарстон. – Он кивнул ей. – Капитан Хэнкок.

Он вышел под дождь, одной рукой придерживая полы сутаны, а второй пытаясь прикрыть голову от потоков воды, и побежал через двор к церкви. В каменоломне вдали что-то снова бабахнуло; воздух задрожал, по долине разошлось эхо. Фэйрфакс добежал до крыльца и взялся за массивное кольцо, вделанное в дубовую дверь, обитую гвоздями. В пустынном нефе металлический лязг показался особенно громким.