И она, плача, рассказала ему о случившемся.

Он выслушал ее в раздумье, потом спросил:

— А утром он был в здравом уме?

— Да.

— Так! Много было при нем денег?

— Да. Он вез с собою мое приданое.

— Приданое?.. Целиком?

— Целиком... чтобы уплатить за контору.

— Ну, дорогая кузина, значит, твой муж катит сейчас по направлению к Бельгии.

Она бормотала, все еще не понимая:

— Мой муж... Как ты сказал?

— Я говорю, что он украл твое... твой капитал... Вот и все.

Она еле выговорила, задыхаясь.

— Значит... значит... он негодяй?

Не помня себя от отчаяния, она припала к жилетке кузена и зарыдала.

Прохожие останавливались, глазея на них, он тихонько провел ее в парадное и, поддерживая за талию, помог подняться наверх. Когда изумленная горничная открыла дверь, он распорядился:

— Софи! Сбегайте в ресторан, принесите завтрак на двоих. На службу я сегодня не пойду.