– Принимай, – чудовищу кинули верёвку, которую тот ловко поймал и принялся наматывать на руку. – Мы придём ночью, нужно ещё два перекрёстка обойти.

– Курвалл с нами! – проревел рыжий.

– Курвалл с нами! – поддержали его псоглавцы. А затем меня, словно барана, потащили вглубь пещеры. И то, что я не упал по дороге, было большим везением.

– Как хорошо, что жертва нашлась, – бурчал себе под нос огромный псоглавец. – Курвалл будет доволен. Курвалл наградит.

То сужающийся, то расширяющийся проход, стены которого я ощущал своим телом, врезаясь в них, наконец кончился. Мы очутились в освещённой факелами зале с низким потолком. В центре помещения располагался кубический постамент из белого камня, а по периметру стояли пять колонн, к четырём из которых были привязаны люди.

– О, чистый! – раздался от одной знакомый мне голос. – Приветствую. Нам как раз не хватало одного для полного набора. Джентльмены, леди, похоже, наши мучения закончены.

– Привет и тебе, Чёрный. – ответил я, осматривая пленников. И ничуть не удивился, когда встретился взглядом с Боссом. Кивнул и ему, на что здоровяк оскалился. Третьим был уже знакомый стрелок с азиатской внешностью, а четвёртой женщина, которую я раньше не встречал.

Псоглавец, продолжая что-то бубнить себе под нос, подтащил меня к колонне и быстро прислонил мою тушку так, что даже дышать стало трудно. Затем изменённый подошёл к белому постаменту и взял большой кривой нож, лежащий на поверхности куба.

– Курвалл, пробудись! – рыжий полоснул себя по ладони и обильно полил кровью белый камень, а затем замер, словно прислушиваясь к чему-то. Чёрт! Я вспомнил, на что так сильно похож этот постамент. На жертвенник в подземелье того змеелюда, еретика.

– Чего он творит? – спросил Босс, как и все, наблюдая за действиями псоглавца.

– Похоже, готовит жертвоприношение своему богу, – ответил я. – И если я прав, мы встряли.

– Курвалл, приветствую тебя! – взревел рыжий, разведя руки в стороны. Белый камень алтаря начал наливаться свечением. – Прими эту жертву, Курвалл!

Сделав несколько шагов к женщине, Барисс одним взмахом ножа почти отсёк ей голову. Та свесилась набок, а из шеи фонтаном ударила кровь, забрызгивая потолок, колонну и самого псоглавца.

– Да-а! – взревел псоглавец. – Курвалл, прими эту жертву!

Жрец, иначе его не назовёшь, быстро переместился к азиату и отточенным движением отсёк тому голову. Новый фонтан крови, заливающий всё вокруг.

В этом безумии, не знаю как, но я обратил внимание на две вещи. Сгусток света, он не отделялся от тел убитых, чтобы войти в грудь рыжего. И ещё, тела убитых оставались облачены в одежду, словно и не умирали. Вернее, умерли навсегда.

– Да-а! Курвалл, прими эту жертву! – и жрец двинулся ко мне.

Жрец приближался, а мой мозг в это время судорожно пытался найти решение. Ситуация безвыходная, сейчас мне отрубят башку, и всё кончится. А умирать совсем не хотелось.

Молнией мелькнула мысль, за которую я ухватился, как утопающий за соломинку – а вдруг получится?

И призвал ангела, влив в усиление способности все силы Веры Его, что у меня были.

И в тот же миг всё замерло. Замер псоглавец, которому оставалось сделать до меня лишь один шаг, он даже нож занёс для очередного удара. Замер пульсирующий свет, исходящий от алтаря. Чёрный с Боссом прекратили попытки вырваться, замерев в нелепых позах.

А в паре шагов от меня, прямо в воздухе начало разрастаться свечение. Сначала появилась точка, а через пару секунд она выросла в круглый светящийся портал, упирающийся в пол и потолок.

Из портала шагнул ангел. Высокий, ему пришлось склонить голову, чтобы не упираться макушкой в потолок. И светлый, настолько, что на него было больно смотреть.

Слуга Его осмотрелся, шагнул ко мне и стремительным движением ухватил медальон на моей шее. Миг, и я перестал чувствовать тяжесть артефакта, а ангел уже сосредоточился на псоглавом жреце. Он всего лишь коснулся его груди, и тело рыжего сгорело словно спичка, лишь пепел осыпался на каменный пол.

Затем Слуга Его переключил внимание на алтарь. От касания он не рассыпался, лишь слегка потемнел. Ангел хмыкнул, извлёк прямо из воздуха огненный меч и погрузил пылающее остриё в камень, ставший внезапно мягким, словно воск. Дальше я уже знал, что произойдёт. Мощнейший взрыв, шрапнелью разметавший осколки алтаря по всей зале. Меня спасло лишь то, что ангел стоял между моей тушкой и каменным кубом, да ещё и создал какой-то силовой щит, который не пробивали осколки.

Всё так же молча Слуга Его вновь подошёл ко мне, провёл пылающим остриём клинка по верёвкам, разрезая их. Затем приблизил своё лицо к моему и произнёс:

– Бу!

И рассмеялся, когда я шибанулся затылком о колонну.

– Молодец, innocens, по важному делу призыв совершил. Если бы это было что-то пустяковое, я убил бы тебя, а смерть от моей руки очень неприятная. У этого еретика были помощники?

– Да, псоглавые, – ответил я, не узнавая свой голос. Присутствие рядом столь могущественного существа напрягало. – Троих я видел, но, судя по разговорам, их больше.