— Я подумаю над этим предложением, а пока, сын мой, жду тебя в ресторане при отеле, в котором ты остановился.

— О, ты в Канаде? — удивляюсь, так как о том, что отец собирается ехать в Канаду, никто не говорил.

— Более того, я тут с твоей мамой.

— Буду через полчаса в отеле.

Вечер обещает быть интересным, так как я подсознательно жду Деву, при этом с удовольствием проведу свободное время в компании родителей. Мы очень редко бываем втроем, можно по пальцам пересчитать такие моменты, хотя мама в детстве практиковала дни «мама одно ребенка». Отец первые пять лет мной занимался, работал из дома, но когда родились двойняшки, вернулся в компанию на полный рабочий день. Мне его стало его жутко не хватать, а потом перегорел. Я не сомневаюсь в отцовской любви. Постоянно чувствую его желание защитить, помочь, но черная дыра в моей памяти подсказывает мне, что где-то между нами произошел раскол.

У меня нет важных дел, из-за которых я должен отложить ужин с родителями. Приезжаю в отель, захожу в ресторан и почти сразу нахожу столик, за которым сидят те, кто дал мне жизнь. На секундочку задерживаюсь, чтобы полюбоваться смеющейся мамой, которая спустя хрен знает сколько лет, по-прежнему смотрит на отца с обожанием. Его возможно любить только без оглядки и ни о чем не задумываться, иначе сомнения, червяк ревности будут точить изнутри. Чего скрывать, папа видный мужик, хоть уже является почетным дедом и прадедом. Молодые девки поведутся на его банковский счет, а вот женщины, знающие толк в мужчинах, распознают в нем неоднозначную личность, которая подобна сложному ребусу.

Иногда в середине какого-нибудь семейного праздника ловлю себя на мысли, что наша огромная семья вертится вокруг одного человека: отца. Он подобно солнцу во Вселенной, а все остальные планеты со своими спутниками.

— Надеюсь, что решили себе устроить романтический круиз, — подхожу к столу, мама вскидывает на меня глаза. Нагибаюсь, чмокаю ее в щечку, она пытается поймать мои руки и усадить рядом, но успеваю увильнуть. Протягиваю руку для пожатий отцу, он привстает, пожимает, слегка приобнимает и хлопает по плечу.

— Мне кажется или ты немного подрос? — голубые глаза лукаво смеются, я шире улыбаюсь.

— Если только в ширь, в этом отеле отличный ресторан, еда бесподобна, — присаживаюсь между родителями, одариваю улыбающуюся маму сияющей улыбкой. — Ваш визит для меня полная неожиданность!

— Я уговорила твоего отца прихватить меня с собой в деловую поездку, чтобы я могла устроить себе смену обстановку.

— А с кем остались двойняшки?

— Ты думаешь у нас нет нянек? — мы все втроем смеемся. Вопрос с кем оставить детей чисто риторический. Азат и Алия с удовольствием гостя у старших братьев и сестры, больше общаясь со своими племянниками и племянницами, которые им подходят больше по возрасту.

К нам подходит официант и какое-то время все заняты выбором блюда. Я все время ощущаю на себе прищуренный острый взгляд отца, который и не пытается спрятать свое беспокойство.

— Со мной все в порядке! — миролюбиво тяну губы, как только мы остаемся вновь втроем за столом. Отец качает головой, но пожимает губы. Он с моим утверждением не согласен.

— Саит, раз мы затронули тему твоего самочувствия, я узнала, что в Чикаго есть замечательный нейрохирург. Я вчера с ним созвонилась, в следующем месяце есть свободное время для консультации, мы тебя записали, — мама обезоруживает меня одной свой мягкой улыбкой, я злюсь, что лезут ко мне без спроса, но не могу вспылить, встать и уйти. Знаю, что хотят, как лучше.

— Дорогие, мои родители, я понимаю, что вы действуете во благо, но достаточно.

— Саит…

— Нет, мам, — сжимаю ее ладонь, сдержанно улыбаюсь. — Врачи не волшебники, они не могут по щелчку пальцев вернуть мне память. Радуемся тому, что я забыл лишь последние два года, словно их вычеркнули у меня.

— Простите… — мама резко встает и удаляется от стола, я провожаю тяжелым взглядом до тех пор, пока ее фигура не исчезает из поля моего зрения. Поворачиваюсь к молчаливому отцу. Мы встречаемся глазами, он усмехается, тянется к бокалу с водой.

— Почему она не смирится с положением дел?

— Потому что она мать, Саит, и переживает за тебя. Я тоже переживаю

— Я считаю, что мне не стоит пытаться вернуть воспоминания, — задумчиво беру вилку и кручу ее в руке. Чувствую, как щека горит, слегка поворачиваю голову, отец сверлит меня нечитаемым взглядом. Склоняю голову на бок, прищуриваюсь.

— Знаешь, пап, если я все вспомню, то ни к чему хорошему это не приведет, — только дернувшийся уголок губ подсказывает, что отец напряжен и внимательно меня слушает. — Иногда мне снятся странные сны.

— Сны? — хрипло переспрашивает отец. — О чем они? Ты говорил о них со своим психотерапевтом?

— Мне снится девушка. Я не вижу ее лица, но мы вечно с ней куда-то бежим, убегаем от кого-то, но в этом побеге чувствуем себя счастливыми. Думал, что это чувство возможно только во сне, но недавно я его испытал рядом с девушкой, с которой познакомился на одном мероприятие здесь.

— Здесь? — если бы не смотрел на отца, не заметил, как он слегка побледнел и крепче сжал ножку бокала с водой.