– Может, ещё чего вложишь? – почувствовал я запах халявы. – Карты местности там, или чужих воспоминаний полезных.

– Нельзя, – к моему сожалению покачал головой мужик. – Ваш мозг по-другому устроен. На подобные вмешательства извне может плохо отреагировать.

– Понял, понял, – поспешно остановил его я. – На словах объясни где граница, и не надо картинок. Не хочу слюни пускать.

– Не переживай, такой объём можно, – успокоил меня Трахотар. – Я проверял.

– Ладно. Что дальше?

– Дальше? – поднялись над очками брови мужчины. – Дальше не знаю. Посмотрим, решим.

– Я про твою конечную цель.

– Так понятно же. Удрать я отсюда хочу.

– Нет, я имею ввиду твой кусочек. Что мне с ним дальше делать? После того, как через барьер протащу? Забросить под кустик?

– Сдурел?! – едва не подпрыгнул на стуле мой собеседник. – И думать не смей. Без излучения оберега, причём, в комплексе с твоим собственным, меня тут же обнаружат, и нам обоим конец. Носи с собой дальше. Держи всегда рядом. Когда понадобится иное, я сам об этом скажу.

Вот это я встрял… Подкидывайся теперь с этим камушком. Это всё равно, что всё время таскать с собой наркоту, которую даже скинуть нельзя случись что. Подстава подстав.

– Я, вообще-то, всё слышу.

– Вот и выбрал бы Джексона. Ему запрещённую хрень таскать – дело привычное.

– У тебя больше шансов.

– Его тоже считал?

– Всех считал. Кстати, девушка любит тебя.

– Э… Давай без этого. Ладно? Мне, если что будет нужно знать про друзей, сам спрошу. Хорошо?

– Хорошо. Но всё важное для успеха нашего общего дела я тебе всё равно открою. Этот Джексон тебе не друг – имей это ввиду. Ненадёжный.

– Тоже мне новость.

– А вот Граю и Ферцу можешь полностью доверять. Преданность стопроцентная. С Лими сложно – она слишком непостоянная. С детства такая. Сейчас я могу поделиться, потом не рассчитывай. Часть меня – извини за тавтологию – лишится части возможностей. Но не думай, что наша сделка ничего тебе не даёт. Ты по сути получишь дополнительный инструмент, способный помочь в некоторых вещах. Подробнее объясню, когда окажемся на той стороне.

– Если окажемся.

– Я просчитал вероятность успеха – она очень высокая. Главное: не рассказывай никому про наш разговор. Даже своим друзьям. Когда отпущу вас, удивляйся вместе со всеми. Тебя я поймал последним.

– Я хреновый актёр, но попробую.

– И ещё одно, – поправил очки на носу телеведущий. – Советую стереть Рэ. Я могу это сделать, но решай сам. Пользы тебе от него никакой, а напакостить теоретически может.

Опачки! Вот так предложение напоследок. Представляю, как внутри меня сейчас обосрался Рейсан.

– Он не слышит. Мне нет смысла и его посвящать в свои тайны.

– Нет, не нужно.

– Уверен?

– Я не палач.

– Ну, как знаешь.

Мы ещё немного поболтали, обсуждая технические детали предстоящей операции, и, когда Трахотар окончательно удовлетворился уровнем моей подготовки, пришло время прощаться.

– Попробуешь обмануть, я убью тебя, – буднично сообщил древний робот и протянул мне ладонь через стол для рукопожатия.

– Тоже рад познакомиться, – не удержался я.

– Сейчас ты очнёшься на склоне. Действуй, как договаривались.

Стены переговорной растаяли. Миг темноты – и я открыл глаза. Солнце, ветерок, свежий воздух.

Я жив!

Вскочил на ноги. Каменные великаны, дружно приняв форму големов, шагают прочь. Вижу Толу! Поднимается с земли метрах в ста от меня. Ферц к ней ближе. Уже бежит к сестре. На мгновение возникает желание обогнать Джи на шурсе и первым сцапать девчонку в объятия. Изгоняю глупость из головы и бросаюсь в обычном режиме за другом.

– Саня! – радостно восклицает Ферц, не выпуская сестры из объятий.

– Живой! – охает Тола. – Живой, кусий сын!

– Братва! – машет короткими ручонками Джексон.

– Мус! Мус! – запрыгивает на спину мелкая бестия и восторженно теребит мои волосы. – Меня траха выплюнул! Сливистиси симлипинь! Пликли! Пликли!

– Друзья, всё в порядке? – доносится издали встревоженный голос Грая.

И тут, не обращая внимания на Лими, сидящую у меня на шее, эту самую шею хватает пара сильных, но нежных рук. Тола притягивает меня к себе и впивается в мои губы своими.

– В бездну всё!

– Давно пора!

– Заткнись и целуй!

К сожалению эйфория, возникшая под впечатлениями от нашего чудесного спасения, быстро прошла. Не успел Ферц второй раз вежливо кашлянуть, намекая на неуместность продолжительных поцелуев, как Тола сама от меня отстранилась и подмигнула продолжающей теребить мои волосы фили.

– Извини, Ними. Не удержалась. Не каждый день заново рождаешься.