Камера медленно сменила картинку. Показывали эти самые посадочные площадки. Они аккуратненько расположились по углам Стазиса, причем для одной из них рабочим пришлось снести несколько многоэтажек на окраине города. К чему такая спешка?

Быть может, и мне стоит поторопиться?

— Это грандиознейший проект! — вещал, притворно восторгаясь Блох. — Чем больше я узнаю подробности, тем больше убеждаюсь в том, что он по значимости сравним с постройкой Египетских пирамид и первым полетом в космос, который совершил известный американский астронавт Нейл Армстронг…

Я захохотал. Ну надо же! Сколько же тебе заплатили, Дэвид?

Не задумываясь, я выкрикнул этот вопрос вслух, но космос в ответ тактично промолчал.

Откуда ему знать, кто первый в него полетел?

— … Мы взяли интервью у генерала Малоева, который возглавляет службу безопасности завода. Генерал, что нас ждет дальше?

Малоев был подтянут и в меру суров. Такой вот образцовый военный, служака, друг солдат, выбившийся из простых рядовых в офицеры. На парадном синем мундире поблескивали бесчисленные награды, петельки и прочая мишура, что так дорога сердцу настоящего военного.

— Все очень просто, Дэвид, — пробасил Малоев. — Уже послезавтра вечером четыре мощных звездолета класса Б стартуют каждый со своей площадки. Гравилучами они вырежут огромный кусок земли вместе со Стазисом и поднимут его за пределы стратосферы планеты…

— А не пострадают ли при этом люди? — с наигранным беспокойством поинтересовался журналист, незаметно почесывая свободной рукой бедро.

— Операция будет проведена с хирургической точностью, — заверил его Малоев. — Но мы отклонились от темы… После этого корабли соединятся единое целое, то есть фактически образуют планетарную станцию. Стазис со всех сторон окружат силовым полем. Ученые смогут спокойно продолжить исследования… Что будет потом — мы решим. Либо Стазис опустят на какое-нибудь свободное место на планете…

— Кому нужна эта рухлядь? — возмутился Блох, потрясая кулаком.

Я заскрежетал зубами, борясь с желанием плюнуть в голограмму продажного журналиста.

— Вот именно! — радостно воскликнул генерал. — Скорее всего мы просто оставим болтаться этот остров вокруг планеты…

— А если он упадет на планету? Это же опасно!

— Может быть, его отправят в недра звезды, — пожал плечами Малоев. — Ученые должны еще оценить возможные последствия того или иного решения…

Итак, общественное мнение почти сформировано. Стазис отправится на свою последнюю встречу со светилом под громогласные рукоплескания мэрии и простого, не обремененного интеллектом, народа.

Но к чему такая спешка? Послезавтра вечером…

Зачем я лечу на Литц-Ка? Что мне даст брат? Укажет еще одно место, где можно купить по дешевке бомбу? Нет, не туда я сейчас спешу, совсем не туда…

— «Немезида»! — позвал я.

— Да, капитан, — безжизненно пробормотал корабль. Надо бы скачать в меганете для него приличный голос…

— Торможение! Затем — смена курса. Цель полета — Статика.

— Пятнадцать минут на торможение и еще шесть минут на расчет курса, — согласилась «Немезида».

— Умница, девочка, — произнес я.

Наверное, я поступаю глупо. Как я смогу противостоять Людвигу Рейнхарту? У меня из оружия только «Целитель» да несколько станеров. Разве что протаранить станцию, которая собирается направить Стазис в звезду? Было в этом что-то геройское, сладко притягательное, будто сошедшее из детских книжек о героях звездных войн, которые на маленьких катерах сдерживали натиск боевых крейсеров чужих рас, а потом таранили корабль-матку, увековечивая свои имена в скрижалях человеческой истории.

Проблема в том, что я не был уверен в двух вещах: что это поможет, и что у меня хватит суицидальных наклонностей, чтобы соврешить нечто подобное.

То, что я решил возвратиться на Статику и так было гарантированным самоубийством.

— Время полета — трое суток и семь часов, — наконец, произнес корабль.

— Ну и отлично, — буркнул я.

Хороший кораблик подобрал себе Хакер, быстрый и умный.

Вот только я все равно не успею. Ну никак.

Хотя… Ведь не сразу же Стазис отправят к звезде. Да и еще неизвестно, может быть планы изменятся. Задержки в таких случаях часто бывают.

Я сорвал с ушей наушники, вскочил с кресла и зашагал по мостику, обгрызая чертовы ногти.

Хватит, Герман!

Все в порядке.

Всего лишь надо пойти против всего мира. Всего лишь победить армию двух планет. И уничтожить космическую станцию, наверняка вооруженную лазерными пушками.

Пустяк.

Раз плюнуть!

Лучше об этом не думать…

Покурить, выпить пару рюмочек водки, забыться. Может, принять снотворное?

Я вдруг понял, что давно не слышал голос Джулии. Уснула она там что ли?