Это был обыкновенный письменный стол, простой прямоугольный предмет гостиничного интерьера, размерами фута четыре на три, с промокательной и писчей бумагой, чернилами и ручками. Они вынесли его на середину комнаты и убрали с него письменные принадлежности.

– - А теперь,-- сказал он,-- нам .нужен стул. Он взял стул и поставил его возле стола. Он действовал очень живо, как человек, устраивающий ребятишкам представление.

– - А теперь гвозди. Я должен забить гвозди.-- Од взял гвозди я начал вбивать их в крышку стола.

Мы стояли-- юноша, девушка и я -- со стаканами мартини в руках и наблюдали за действиями человечка. Мы видели, как он забил в стол два гвоздя на расстоянии примерно шесть дюймов один от другого. Он забивал их не до конца. Затем он подергал их, проверяя, прочно ли они забиты.

Похоже, сукин сын проделывал такие штуки и раньше, сказал я про себя. Никаких раздумий. Стол, гвозди, молоток, кухонный нож. Он определенно знает, чего хочет и как все это обставить.

– - А теперь,-- сказал он,-- нам нужна какая-нибудь веревка.-Какую-нибудь веревку он нашел.-- Отлично, наконец-то мы готовы. Пажалста, сядьте здесь за стол,-- сказал он юноше.

Юноша поставил свой стакан и сел на стул.

– - Теперь положите левую руку между этими двумя гвоздями. Гвозди для того, чтобы я смог привязать вашу руку. Хорошо, отлично. Теперь я привяжу вашу руку прочно к столу... так...

Он несколько раз обмотал веревкой сначала запястье юноши, потом -кисть и крепко привязал веревку к гвоздям. Он отлично справился с этой работой, и, когда закончил ее, ни у кого не могло возникнуть сомнения насчет того, сможет ли юноша вытащить свою руку. Однако он мог шевелить пальцами.

– - А теперь, пажалста, сожмите в кулак все пальцы, кроме мизинца. Пусть мизинец лежит па столе. Ат-лич-но! Вот мы и готовы. Правой рукой работаете с зажигалкой. Однако еще минутку, пажалста.

Оп подскочил к кровати и взял нож. Затем снова подошел к столу и встал около него с ножом в руках.

– - Все готовы?-- спросил он.-- Мистер судья, вы должны объявить начало.

Девушка в своем бледно-голубом купальнике стояла за спиной юноши. Она просто стояла и ничего при этом не говорила. Юноша сидел очень спокойно, держа в правой руке зажигалку и посматривая на нож. Человечек смотрел на меня.

– - Вы готовы?-- спросил я юношу.

– - Готов.

– - А вы?-- этот вопрос был обращен к человечку.

– - Вполне готов,-- сказал он и занес нож над пальцем юноши, готовый в любую минуту опустить его.

Юноша следил за ним, но ни разу не вздрогнул, и пи один мускул не шевельнулся на его лице. Он только поднял брови и нахмурился.

– - Отлично,-- сказал я.-- Начинайте.

– - Не могли бы вы считать, сколько раз я зажгу зажигалку?-- спросил юноша.

– - Хорошо,-- ответил я.-- Это я беру па себя. Большим пальцем он поднял колпачок зажигалки и большим же пальцем резко повернул колесико. Кремень дал искру, и фитилек загорелся маленьким желтым пламенем.

– - Раз!-- громко произнес я.

Он не стал задувать пламя, а опустил колпачок ч выждал секунд, наверно, пять, прежде чем поднять его снова.

Он очень сильно повернул колесико, и фитилек снова загорелся маленьким пламенем.

– - Два!

Все молча наблюдали за происходящим. Юноша не спускал глаз с зажигалки. Человечек стоял с занесенным ножом и тоже смотрел на зажигалку.

– - Три!.. Четыре!.. Пять!.. Шесть!.. Семь!.. Это наверняка была одна из тех зажигалок, которые работают. Кремень давал большую искру, да и фитилек был нужной длины.' Я следил за тем, как большой палец опускает колпачок. Затем пауза. Потом большой палец снова поднимает колпачок. Всю работу делал только большой палец. Я затаил дыхание, готовясь произнести цифру "восемь". Большой палец повернул колесико. Кремень дал искру. Появилось маленькое пламя.

– - Восемь!-- воскликнул я, и, когда я произнес эти, раскрылась дверь.

Мы все обернулись и увидели в дверях женщину, маленькую черноволосую женщину, довольно старую; постояв пару секунд, она бросилась вперед и закричала:

– - Карлос! Карлос!

Она схватила его за руку, вырвала у него нож, бросила на кровать, схватила человечка за лацканы белого. пиджака и принялась изо всех сил трясти, громко при этом выкрикивая какие-то слова на языке, похожем на испанский. Она трясла его так сильно, что он почти исчез из виду и сделался похожим на мелькающую спицу быстро вращающегося колеса.

Потом она немного угомонилась, и человечек опять стал видимым. Она потащила его через всю комнату и швырнула на кровать. Он сел на край кровати и принялся мигать и вертеть головой, точно проверяя, на месте ли она.

– - Простите меня,-- сказала женщина.-- Мне так жаль, что это все-таки случилось.-- По-английски она говорила почти безупречно.-- Это просто ужасно,-- продолжала она.-- Но я и сама во всем виновата. Стоит мне оставить его на десять минут, чтобы вымыть голову, как он опять за свое.-Она, казалось, была очень огорчена и глубоко сожалела о том, что произошло.