– - Ты, парень, совсем сошел с ума!

– - Нет, сэр, поверьте, то, что я говорю, правда. Неужели вы не понимаете, что мы их завалим одним лишь количеством! За тридцать секунд эта машина может выдавать рассказ в пять тысяч слов, и его тут же можно отсылать. Разве писатели могут состязаться с ней? Скажите, мистер Боулен, могут?

Адольф Найп увидел, как в эту минуту в лице его шефа произошла едва заметная перемена. Глаза его засветились, ноздри расширились, на лице не двигался ни один мускул.

Он быстро продолжал:

– - В наше время, мистер Боулен, нельзя особенно полагаться на статью, написанную от руки. Она не выдержит конкуренции в мире массовой продукции, типичном для этой страны, и вы это отлично понимаете. Ковры, стулья, башмаки, кирпичи, посуду, что хотите -- все сейчас делает машина. Качество, возможно, стало хуже, по какое это имеет значение? Считаются только со стоимостью производства. А рассказы... рассказы тоже товар, как ковры и стулья, и кому какое дело, каким образом вы их производите, лишь бы они были. Мы будем продавать их оптом, мистер Боулен! И по более низким ценам, чем любой другой писатель этой страны! Мы завоюем рынок!

Мистер Боулен уселся поудобнее. Он наклонился вперед, положил локти на стол и не сводил глаз с говорившего.

– - И все же я думаю, что это неосуществимо, Найп.

– - Сорок тысяч в педелю!
– - воскликнул Адольф Найп.
– - Если даже мы будем брать полцены, то ость двадцать тысяч в неделю, это все равно миллион в год!
– - И, понизив голос, он добавил: -- Вы ведь не зарабатываете миллион в год па компьютерах, мистер Боулен?

– - Однако, Найп, ты серьезно думаешь, что их купят?

– - Послушайте, мистер Боулен. Кому нужны написанные по заказу рассказы, если можно за полцены купить точно такие же? Это ведь очевидно, не правда ли?

– - А как ты будешь их продавать? Кто-то ведь должен быть их автором?

– - Мы создадим литературное агентство, через которое и будем распространять их. И придумаем имена мнимым авторам.

– - Мне это не нравится, Найп. Все это отдает мошенничеством, тебе так не кажется?

– - И вот еще что, мистер Боулен. Как только мы начнем, появятся всевозможные побочные продукты, так же представляющие ценность. Возьмите, скажем, рекламу. Люди, занимающиеся производством пива и тому подобным, платят в наше время большие деньги, если знаменитые писатели позволяют нм использовать свое имя в качестве рекламы. Да что там говорить, мистер Боулен! Все это не детские шалости. Это большой бизнес.

– - Не слишком-то обольщайся, приятель.

– - И еще. Почему бы нам, мистер Боулен, не подписать несколько наиболее удачных рассказов вашей фамилией? Если, конечно, вы не против.

– - Помилуй, Найп. Это еще зачем?

– - Не знаю, сэр, хотя некоторые писатели и пользуются уважением, к примеру Эрл Гарднер и Кэтлин Норрис. Нам все равно нужна будет какая-нибудь фамилия, и я подумывал о том, чтобы для начала подписать пару рассказов своей.

– - Ишь ты, писатель, -- задумчиво произнес мистер Боулен.
– - Вот удивятся в клубе, когда увидят мою фамилию в журналах, в хороших журналах.

– - Ну конечно, мистер Боулен.

Взгляд мистера Боулена сделался отсутствующим, он мечтательно улыбнулся. Но продолжалось это с минуту. Он встряхнулся и принялся перелистывать лежавшие перед ним чертежи.

– - Одного я не пойму, Найп. Откуда ты будешь брать сюжеты? Ведь не будет же их выдумывать машина?

– - Мы ей дадим сюжеты. Это не проблема. У каждого из пас есть какие-то сюжеты. В папке, что слева от вас, их сотни три или четыре. Мы снабдим ими "сюжетный отдел" машины.

– - Продолжай.

– - Есть и еще кое-какие тонкости, мистер Боулен. Вы поймете, что я имею в виду, когда изучите чертежи. Например, есть прием, который использует каждый писатель: в рассказ вставляется хотя бы одно длинное слово с весьма туманным значением. Это заставляет читателя думать, будто автор необычайно умен. Моя машина будет делать то же самое. С этой целью в нее запрятана целая куча длинных слов.

– - Куда?

– - В "словарный отдел", -- отвечал Найп. Остаток дня они провели в обсуждении возможностей нового аппарата. Кончилось дело тем, что мистер Боулен пообещал подумать. На следующее утро он был полон энтузиазма, однако виду не подавал. Через неделю идея полностью захватила его.

– - Мы должны всем говорить, Найп, что просто работаем над созданием еще одного компьютера, но нового типа. Таким образом мы сохраним нашу тайну.

– - Вы правы, мистер Боулен.

И через шесть месяцев машина была создана. Ее поместили в отдельном кирпичном доме во дворе здания, в котором размещалась фирма, и теперь, когда она была готова к работе, к ней и близко никого не подпускали, кроме мистера Боулена и Адольфа Найпа.

И вот настал волнующий момент, когда двое мужчин: один из них небольшого роста, упитанный, коротконогий, другой -- высокий, худой, с торчащими зубами -- стояли в коридоре и готовились к созданию первого рассказа. Во все стороны от них расходились небольшие коридоры, стены которых были переплетены проводами, усеяны выключателями и электронными лампами. Оба они нервничали; мистер Боулен, не в силах стоять спокойно, подпрыгивал то на одной, то на другой ноге.