Макс останавливается в центре комнаты и поворачивает голову, осматривая ее по часовой стрелке. На нём джинсы и толстовка, отросшие волосы аккуратно откинуты со лба и зачёсаны назад.

Заметив на стене постер Джареда Лета, Макс беззвучно хмыкает.

Он выглядит абсолютным беспредельщиком.

Если бы моя дочь привела в дом кого-то подобного, я бы отправила её в монастырь. Эта мысль веселит меня, особенно если учитывать то, что сама я кайфую от него любого.

Макс замыкает круг, останавливая взгляд на мне. Выражение его глаз убивает мою весёлость и заставляет обхватить себя руками, потому что мне вдруг стало холодно.

Смотрю на него, стараясь сдержать дрожь своего подбородка. Не желая тянуть резину, хрипло спрашиваю:

– Ты со мной расстаешься?

– Я уезжаю, - говорит он, положив руки на бёдра.

Вот как.

– Куда?
– Чувствую, как щиплет в носу.

– В Москву.

Смотрю на него не моргая.

Москва - это не так уж далеко. Для кого-то. А для меня… для меня далеко…

– Когда?
– Подхожу к окну, повернувшись к нему спиной.

Грязно-серый день за стеклом в самом разгаре. Чертова зима.

– Сегодня.

Ясно.

Закрываю глаза и просто дышу. Значит, попрощаться пришел. Если бы он попрощался со мной СМСкой, я бы точно его убила.

– Удачи… - шепчу сдавленно.

Скажу еще хоть слово и разрыдаюсь белугой.

– Поехали со мной, - вдруг говорит Макс.
– Подтянешь, когда сниму квартиру.

Резко обернувшись, смотрю в его глаза.

В нашу первую встречу они были веселыми и наглыми, как и он сам. А сейчас Макс неподвижно наблюдает за мной исподлобья. Хмурый и серьезный.

– Я… не могу… - трясу головой, чувствуя, как давит в груди.
– У папы сердце. В прошлый раз я еле из «Кислоты» в больницу успела. Думала… опоздаю…

– Понятно, - кивает он, поигрывая челюстью.

– Макс… четыре часа всего… - говорю, облизывая пересохшие губы.

– Жень, ты и сама понимаешь, что на расстоянии встречаться полная дурь.
– Запускает он ладонь в волосы и резко проводит по ним пятернёй.

Для меня не дурь!

– Понимаю, - отвечаю вместо этого, снова глядя в окно.

– Я здесь оставаться не могу. Я и не планировал.

Киваю, глядя в пространство.

– Первое время у Славика поживу. Потом посмотрим, - продолжает он, решив в кои-то веке поделиться со мной своими планами.

Перед глазами плывет.

Толстая слеза срывается с моих ресниц и падает на щеку. Я правда все понимаю, но что это меняет?

– Поцелуй меня, - прошу его сипло.

Он не двигается целую вечность, а потом подходит и разворачивает к себе за плечи, как безвольную куклу. Смотрю на его кадык, часто и рвано дыша. Он обнимает мое лицо ладонями, заставляя смотреть на себя. Стирает большим пальцем мою слезу. Между русых бровей складка. Зеленые подбитые глаза смотрят в мои.

– Женя… - сжимает он челюсти.

– Максим… - шепчу я.

– Ты знаешь, где меня искать.

– А ты знаешь, где искать меня.

– Я не могу здесь торчать, - повторяет он.
– И не буду.

Закрываю глаза, кивая.

Он молчит и громко дышит.

Воздух шевелится, а потом его губы мягко касаются моего века. Моей щеки. Уголка губ. Покрывает мое лицо лёгкими поцелуями.

– Ещё… - шепчу ему, вставая на носочки и цепляясь за его толстовку.

Он накрывает мои губы своими и раскрывает их языком, выдохнув через нос. Пускаю его, не сопротивляясь. Наши языки мягко сталкиваются, цепляясь друг за друга. От удовольствия я тихо стону ему в рот. Стараюсь быть осторожной, чтобы не навредить его разбитым губам. Целую его в ответ так осторожно и медленно, как мы никогда не делали.

С шумным вдохом Макс отстраняется, и я поднимаю отяжелевшие веки.

Молча смотрим друг на друга. Облизываю припухшие губы и больше спрашиваю, чем утверждаю:

– Пока?

Он кивает. Трогает подушечками пальцев мою нижнюю губу, а потом выпускает мое лицо и идёт к двери, проведя по лицу ладонью. Наблюдаю за ним, уронив руки вдоль тела и повернув голову. Обернувшись через плечо, окидывает меня взглядом, а потом выходит, тихо прикрыв за собой дверь.

Прижавшись лбом к стеклу, наблюдаю за тем, как высокая фигура в синем пуховике покидает подъезд нашего дома. Накинув на голову капюшон, широким шагом уходит, огибая лужи и ямки. Уходит, ни разу не оглянувшись.

Сползаю на пол и, уткнувшись носом в колени, плачу, прекращая себя сдерживать.

Слышу, как открылась дверь в комнату.

– Не сейчас… - шепчу я, накрывая голову руками.

Глава 33. Макс

1,5 месяца спустя…

Галстук не носил никогда.

Даже на выпускной приперся в кроссовках и футболке. Папенька был в гневе, его перманентное состояние.

Сжав зубы, мысленно посылаю его на х*р.

Полтора месяца прошло, а меня до сих пор торкает. Я не знаю, за какие заслуги под него легла моя мать, и теперь никогда не узнаю. Судя по тому, что от него ни одной угрозы уже пару недель, замахался печатать. Попросил бы свою крысу о помощи. Знаю, что никогда он на меня за разбитые тачки не навешает. Даже у него есть границы, но если увижу ещё раз, возможно дам ему по роже первый.