Шрифт:
Подумать только, даже круассаны опаздывают!
Он нехотя допил кофе, взял газету и сел читать. Сплошная болтовня, переливание из пустого в порожнее.
Правительство, оппозиция, церковь, промышленники, профсоюзы – все только и делают, что пустозвонят. Сплетничают о разводе каких-то знаменитостей; о фотографе, снимавшем что-то такое, что нельзя было снимать; перемывают кости местному олигарху, на которого ополчилась жена за то, что он посулил золотые горы любовнице. В сотый раз обсуждают рабочих, свалившихся с лесов, как падают с дерева перезрелые груши; утонувших в море нелегалов, обнищавших пенсионеров и переживших насилие детей…
Пустозвонят всегда и везде, хватаются за любую тему, совершенно не решая проблем и не заботясь о принятии каких-то действенных мер…
Монтальбано вдруг пришло в голову, что неплохо бы внести поправку к первой статье Конституции: «Италия – это республика, основывающаяся на торговле наркотиками, систематическом опоздании и пустой болтовне».
Он в сердцах швырнул газету в мусорное ведро, вышел на улицу и закурил. У кромки воды кружили чайки. Ему вспомнился танец умирающей птицы.
Поскольку до прибытия самолета оставалось еще полчаса, комиссар решил пройтись. Дошел до берега, сел на камни у самой воды и наслаждался, вдыхая соленый запах водорослей и наблюдая за полетом чаек.
Когда он вернулся в аэропорт, самолет Ливии только что приземлился.
Она появилась перед ним, смеющаяся и прекрасная. Он крепко прижал ее к себе и поцеловал – они не виделись целых три месяца.
– Пойдем?
– Нужно забрать чемодан.
Выдавать багаж, как водится, начали через час, под возмущенные крики и ругань пассажиров. Хорошо еще, что чемоданы не улетели в Бомбей или Танзанию!
По дороге в Вигату Ливия спросила:
– Ты помнишь, что у нас заказан отель в Рагузе? Сегодня вечером?
Они планировали провести три дня в Валь-ди-Ното и посмотреть города сицилийского барокко, где Ливия еще не бывала.
Решение это далось Монтальбано непросто.
– Послушай, Сальво, – сказала Ливия по телефону неделю назад, – у меня будет четыре выходных, как ты смотришь на то, чтобы я приехала, и мы немного побыли вместе?
– Я буду счастлив.
– Послушай, давай съездим куда-нибудь недалеко?
– Мне кажется, отличная идея. К тому же в комиссариате сейчас мало дел. Куда бы тебе хотелось?
– В Валь-ди-Ното. Я там еще не была.
Ох, ну почему именно туда?
– Конечно, Валь-ди-Ното – замечательно, еще бы! Но, поверь, есть и другие места, где…
– Нет, я хотела бы именно в Ното, говорят, там совершенно бесподобный собор, а потом заехать, к примеру, в Модику, Рагузу, Шикли…
– Прекрасная программа, я не сомневаюсь, но…
– Ты не хочешь?
– Нет, по большому счету – да, конечно, почему бы нет? Только сначала надо бы узнать…
– Что узнать?
– Вдруг они как раз там снимают?
– Ты о чем? Что снимают?
– Телесериал… Ты же знаешь, его снимают в тех местах, а мне бы не хотелось…
– Послушай, тебе-то какая разница?!
– Что значит, какая мне разница? А если я встречусь лицом к лицу с актером, который играет меня… Как его там, Дзингарелли…
– Его фамилия Дзингаретти, не притворяйся, что не помнишь! Дзингарелли – это словарь [1] . Но ты мне скажи, какое это имеет значение? Что за детские комплексы, в твоем-то возрасте!
1
Никола Дзингаретти (1860–1935) – известный итальянский филолог и лингвист, автор знаменитого толкового словаря Дзингаретти (здесь и далее прим. пер.).
– При чем тут возраст?
– И потом, вы абсолютно не похожи.
– Согласен.
– Он намного моложе тебя.
Черт бы побрал этот проклятый возраст! Ливия знает его слабое место!
Он обиделся. Какое это имеет значение, моложе или старше?
– И что? Если на то пошло, он лыс как коленка, а у меня вон какая шевелюра!
– Сальво, давай не будем ссориться.
И тогда, чтобы сохранить мир, он позволил себя уговорить.
– Я прекрасно помню, что ты заказала гостиницу. Почему ты спрашиваешь?
– Потому что ты должен вернуться с работы домой не позднее четырех.
– Я только подпишу бумаги.
Ливия рассмеялась.
– Что тут смешного?
– Сальво, как будто в первый раз… – Она замолчала.
– Нет, продолжай. В первый раз что?
– Ладно, не будем об этом. Чемодан у тебя собран?
– Нет.
– Прекрасно! Ты еще два часа будешь собирать чемодан, и на твоей крейсерской скорости мы приедем в Рагузу поздно ночью!
– Крейсерская скорость! Какое остроумие! Да сколько можно собирать чемодан? Полчаса, не больше!