— Ах-х-х! — вырвалось от шока. Я попятилась спиной назад. Метнулась на выход, чтобы не прерывать их идиллию. Дверь я не удержала. Она с грохотом захлопнулась. А дальше? Как передать, что творилось внутри? Тот, кого больше всех любила, растоптал мою душу. Самый близкий и родной человек совершил нижайшую подлость. Завёл любовницу и привёл её в святое — наш дом. И не только. Вот тебе и «невинный» ангел Марианна. Какие же они сволочи!

Её сообщения показалась каплей в море по сравнению с тем, что я увидела. Знать, что она существует — одно. Застать — другое. Как бы мне не хотелось узнать имя, к такому я не была готова. Наверное, невозможно быть готовым до конца. Горькая правда просто раздавила. Убила. Уничтожила. Хотелось вдохнуть и не могла. Хотелось закричать, чтобы выплеснуть боль, тоже не могла. Я уходила из осквернённого дома в никуда и не ощущала ног. Действовала машинально, как робот. Бушевавшие смешанные чувства и шок перебивал какой-то дикий стыд. И ведь не я изменила мужу! Не я лгала. Но почему-то было необъяснимо стыдно.

— Эй! Девушка, вы едете или нет? — прокричал таксист. — Обещали на десять минут уйти, а прошло больше. У меня простой!

— Сейчас поедем. Подождите ещё минуту, — я закрыла лицо руками и пыталась уложить в голове произошедшее. Может, отняла бы больше времени нетерпеливого водителя. На его счастье мне кто-то позвонил.

— Да, — трубку сняла, не посмотрев на входящий номер. Горло как будто сковало и говорить было трудно.

— Аля, привет! Ты выехала в аэропорт? — звонил Буланский. Его голос такой далёкий и одновременно близкий. Он въедался в сознание, выдёргивал из непонятной прострации. Я молчала и слушала его. Игорь говорил что-то про документы, билеты, паспортный контроль. — Аля, ты на связи? Слышишь меня? — обеспокоился он из-за моего молчания.

— Ты ведь знал про них? — задала ему невпопад вопрос, и на душе стало тошно. Всё он знал. Поэтому и злился на Марианну. Вопрос в другом. Как давно он был в курсе? И почему упорно молчал?

— Где ты сейчас? — вопросом на вопрос.

— Значит, знал. Кто ещё знал о них, Игорь?

Телефон выпал из рук на сиденье, а такси неслось в аэропорт. Буланский что-то орал в трубку. Да и плевать! На всех них плевать!

— Поверните машину назад. Мы не едем в аэропорт, — сказала таксисту.

— Девушка, что за запросы? — возмутился мужчина. — Здесь нет места для разворота. Двойная сплошная. Придётся ехать по трассе дальше.

— Далеко?

— Почти до Домодедово. Так что без вариантов.

Пришлось ехать в аэропорт. Ладно. Там можно было взять другое такси. Этот шофёр был какой-то дёрганый. В Сочи лететь в таком состоянии я не могла. Возвращаться на работу тоже. Домой… Когда-то с радостью приобретаемый пентхаус вмиг стал чужим. Это больше не мой дом. Оставалось одно место, куда я могла поехать. Дача родителей.

— С вас три тысячи, — предъявил счёт таксист.

— Возьмите, — всунула ему в руку купюры. Таксист открыл багажник и пробурчал: ничего ли не забыла в салоне.

Конечно, не забыла. Я направилась к площадке, где стояли свободные машины. Ключей от дачного дома у меня не было. В прошлом месяце я их отдала Еве, моей двоюродной сестре. Что ж, к лучшему. Провести остаток дня в её компании — самое разумное решение.

— Аля! — я вздрогнула от испуга. Голос Буланского. — Аля, подожди!

Игорь быстро шёл в мою сторону от главного входа здания аэропорта. И у видел же. Хотя нет. Он ждал моего появления. Высматривал, чтобы не упустить из вида. Пришлось остановиться. Когда он приблизился, я поставила чемодан между нами. Он впился взглядом в лицо. Сканировал и ждал внятного пояснения относительно моей внезапной претензии.

— Я не поеду в Сочи, — заявила прямо. — Забыла твои документы дома. Так что лети сам. Мне нужно побыть сейчас одной.

— Нет, — он произнёс единственное слово безапелляционным тоном. Руки Буланского потянулись ко мне. А я и не сопротивлялась. Оказалась в крепком захвате и поняла, насколько нуждаюсь сейчас именно в обществе Буланского, а не сестры. С Евой я поплачу за кружкой чая позже. И всё же предательские слёзы покатились именно на рубашку Буланского. Он крепче обнял меня и поцеловал в макушку. Игорь знал, как это больно. Сам через такое же прошёл.

— Не доставляй им радости, — заскрипев зубами, сказал он. Буланский негодовал. — Ты полетишь в Сочи. Отдохнёшь и развеешься. А если захочешь, — Игорь приподнял пальцами мой подбородок. Заглянул в глаза. Я поняла его без остальных слов.

— Игорь, я ведь пока… — хотела сказать «замужем», но он не дал. Нежно поцеловал в губы. Заставил замолчать поцелуем, который усиливался и стал не таким уж невинным. Хотелось оторваться от него. Этого Буланский тоже сделать не давал. Отпустил меня сам. Правда ненадолго. Взял чемодан в одну руку, другой притянул к себе.

— Пойдём! — скомандовал Игорь.

— Ты не слышал? Я забыла документы. Придётся отказаться от выступления на конференции.

— Не беда. Зато послушаем других.

В здании было шумно. Народ толпился и выстраивался в цепочку. Регистрация на рейс уже давно началась. Мы прибыли почти последними. Я не суетилась. Игорь сам подвал паспорта и билеты девушке, стоявшей за ресепшеном. Забирал посадочные талоны.

— Наш терминал второй. Пошли на посадку. — Он взял меня за руку, переплёл наши пальцы и повёл за собой.