Бойцы переговариваясь и обсуждая услышанное пошли собирать вещи и готовиться к плаванию.

– Слышь, Кабан? Чёта не нравиться мне все это! В блудняк какой-то нас этот прапор вписал! – высокий и плотный контрактник, сидящий возле окна повернулся к своему товарищу, сидящему на соседнем сиденье.

– Да чего ты ноешь, Щербатый! – ответил тот. – Задрал уже скулить! Нормально распедалили все! Мля, нашел проблему, в армию сплавили! Сплавили, да и хрен с ним! А могли ментам сдать! Ты на себя со стороны посмотри, не работал нигде, не учился, шарахался без дела, бухал да дрался! А так хоть зарплату получать будешь! Сами в этот блудняк встряли!

– Да это понятно, что сами! И то что нас в армию сплавили, а не ментам, тоже зашибись! Я просто с этим контрактом чёта недопонимаю! Чёта мне кажется, кинул нас этот Дымов! Нечисто тут что-то! Мутная шарага какая-то!

– Да чего ты кипишуешь, Щербатый? Чё тебе там мутно? Шарага эта "Министерство Обороны" называется! Чего тебе там мутно? А Дымов нормальный мужик, я у него два года тренировался! Или у тебя бомбит, что он твоему папаше регулярно рыло бил? Нормальная тема с этим контрактом! Или ты хотел на срочку пойти, как эти два дебила, Гунявый со Шперцем? Интересно всю службу в казарме проторчать, как чувырло?

– Да с этим все понятно, Кабан! Я просто не понимаю, куда нас вписали! Что это за часть такая? Подписок каких-то взяли мама не горюй, мы чё, на космодроме каком служить будем? Космодесант мля! Секретность какая-то ацкая! А база эта? Что это за Китеж? Я такого названия не слышал даже!

– Да не кипишуй ты, Щербатый! Откуда ты его услышать мог? Это же база военная, а не город! Ты чё, военными базами интересовался? Тебя разве что ближайший ларек с пивом интересовал. Ну или на крайняк качалка, чтобы к дому поближе, да подешевле! Сейчас приедем на место, да посмотрим, что это за Китеж! Не сцы!

– Ага, не сцы! Сунут в какую нибудь жопу, на испытания какие-нибудь или с душманами какими воевать! Может у них там потери пятьдесят процентов, а прапор за каждого нового бойца долю малую получает!

– Да хорош скулить уже, Щербатый! Какие в пень душманы? Тебе эта бабень здоровенная походу последние мозги вышибла! Ну даже если и так, пятьдесят процентов это нормально, как раз выходит, тебя в расход, а мне медаль и на дембель!

– Да пошел ты, кабанина! – Щербатый обиженно отвернулся и уставился в окно.

Кабан заложил руки за голову, откинулся на спинку сиденья и заржал. Неизвестность его не пугала, ему было весело и интересно.

С памятной драки в спортклубе прошло уже прилично времени, полученные в битве с акселераткой раны зажили и уже не причиняли никаких неудобств, зажил сломанный нос Кабана, зажило пострадавшее от удара могучего кулака ухо Щербатого, опухоль сошла и ухо вернуло себе нормальный размер и цвет, только вот с формой не задалось, пострадавшее ухо стало похоже на сморщенную клецку. Кабан ржал над товарищем и называл его полуборцухой и предлагал дать в другое ухо, для симметрии. Прошли у обоих и последствия приличного сотрясения, занимавшийся пару лет рукопашным боем и столько же кикбоксингом Кабан даже припомнить не мог, чтобы его когда-нибудь так прикладывали. Ну, был правда один случай, когда они нарвались на каких-то двух девок, оказавшихся серьезными бойцами, но тогда он все таки обошелся без серьезных травм, за исключением рассеченной брови и хорошего ушиба, с синячищем на пол спины, оставленным ударом вырванной из земли скамейкой. С теми девками тоже было нечисто, странные это были девки.

В этот раз они пострадали посерьезнее, но и это не было главной проблемой. Основная проблема была в том, что струхнувший поначалу тренер Мишаня, с приездом вояк и участкового осмелел и порывался написать на них заявление. В итоге благодаря Дымову все удалось замять, но с условием, либо добровольно в армию, либо делу дают ход. Они выбрали армию. Дымов предложил службу по контракту в своей части, Кабан без вопросов согласился, Дымова он знал с самого детства, тот был мужиком строгим, но справедливым, Щербатый пошел за ним за компанию, а вот Гунявый и Шперц испугались подписок и секретности, да и полного среднего образования у них не было, так что с контрактом у них не вышло и поехали они куда-то, как выразился Дымов, оленям хвосты крутить. А Кабан с Щербатым подписали контракт и сейчас тряслись в машине, везущей их в какую-то навороченную и жутко секретную военную часть.

Наконец машина проехала через ворота, въехала в забитый техникой двор и остановилась напротив ворот огромного металлического ангара. Хлопнула дверь и в машину заглянул старший прапорщик Дымов.

– Значит так, бойцы! Слушаем внимательно, говорю один раз и больше повторять не буду! Сейчас комендачи проверят документы, не быковать, пальцы не гнуть! Потом проедем через металлическую хреновину, типа здоровой каменной арки, ничему не удивляться, не бояться и не паниковать! А дальше, по приезду на базу с вами проведут полный инструктаж и все объяснят! Все понятно?

– Так точно, тащ. старший прапорщик! – бодро и дурашливо отрапортовал Кабан. Дымова он знал с детства, злобный прапор постоянно гонял и его бестолковых, любящих погудеть родителей, и самого подросшего Кабана с товарищами, но по большому счету относился он к пацанам нормально, без причины не наезжал и по возможности всегда старался помочь. Он даже организовал для пацанов секцию рукопашного боя, пытаясь дать молодым раздолбаям хоть какую-то цель в жизни и отвлечь подрастающих оболтусов от пьянства, наркоты и криминала. Получалось это не всегда и не со всеми, но по крайней мере он старался, чем и заработал уважение и самого Кабана, и всей его компании.