На самом деле, он не играл, а развивал моторику и наращивал точность действий руками. Писать у него получалось коряво, но относительно разборчиво, и то, только ценой огромных усилий, поэтому необходимость в развитии точной моторики была весьма актуальной. Он сейчас стал заметно меньше измазываться в чернилах, чем на первых этапах, поэтому эффект от «игр» с солдатиками был.

— Его Светлость, ваш отец, спас господина Шиллера, уволенного три месяца как из Марбурского университета, от бедствия, — пояснил святоша. — Изначально он думал, что учитель не потребуется так скоро, но вы проявили потрясающую обучаемость, поэтому господин Альбрехт Шиллер, бакалавр Марбургского университета, пришёлся ко двору.

«Обучаемость, бе-бе-бе…» — мысленно передразнил святошу Таргус. — «Узнай ты и твой бякалавр, где я учился, удавились бы от зависти…»

— Значит, у него нет глистов? — на всякий случай уточнил он у святоши.

— Я не понимаю… — Ламберт непонимающе развёл руки.

— Гли-сты! — Таргус указательным пальцем с трудом обозначил ползущего червяка. — Гельминты!

— А, я понял, о чём вы… — сообразил Ламберт. — Нет, ничего подобного я о нём не слышал.

— Проверь его дерьмо или найди человека, который проверит, — потребовал Таргус. — Если среди дерьма будут белые или серые ползучие червячки — гоните этого Миллера подальше. Если там обнаружатся вкрапления белых или серых, или жёлтых шариков, которые в научной среде принято называть цистами, то тоже гоните этого Диллера к Орку!

— Цистис — это пузырь? — блеснул познаниями греческого священник Ламберт.

— А ты, я посмотрю, эрудит? — усмехнулся Таргус, продолжив строить формации из деревянных солдатиков.

— Eruditio — это познание? — переспросил Ламберт.

— Ты только что испортил впечатление о себе, священник, — сокрушённо изрёк Таргус. — Итак, ты сможешь это организовать? Глисты передаются от человека к человеку, поэтому я не хочу держать в своём окружении таких людей, понимаешь меня? Узнаете, что Хиллер дристает глистами — гоните вон!

— Шиллер, Ваша Светлость… — поправил его священник.

— Знаешь? Мне плевать! — Таргус вернулся к тренировке левой руки, начав передвигать фигурки исключительно ею.

Детское тело будто бы и никогда не знало сложных приёмов, но взрослый разум помогал ему с правильными ответами на посылаемые мозгом сигналы.

— Кто ты? — серьёзно спросил священник.

— Это не твоё собачье дело, кто я, — отрезал Таргус. — Я сам не рад, что оказался в этом поганом местечке. Если хочешь нормально жить в дальнейшем — не вставай на моём пути! Верных и исполнительных я щедро вознаграждаю, а бесполезных и предающих — жестоко караю. Запомни это накрепко.

— Герцог обсуждал со мной возможность того, что твои необычные способности — это злокозненные происки диавола… — начал святоша.

Таргус уже кое-что узнал про местную религию. Лютеранство — одна из сект христианства, что-то вроде американского протестантства, но на немыто-германский манер. Они до усрачки боятся дьявола, поэтому на всё готовы, чтобы противостоять его обязательно злокозненным проискам. Как всегда, надёжная страшилка, чтобы держать верующих в подчинении с помощью страха перед неизвестным.

«Корова сдохла — это дьявол виноват. Урожай больше не урожай — это дьявола проделки. Проиграли в войне — дьявол поддержал силы противника. А где тогда, спрашивается, в это время был вездесущий и всеведущий бог?» — подумал Таргус саркастически. — «О, тогда, наверное, это было испытание твоей веры! Какой конечный смысл этого испытания? Пути господни неисповедимы! Очень, сука, удобно! Если он такой всеведущий и всемогущий, то может подгадать момент и застигнуть диавола в момент когда тот срёт на унитазе, со спущенными штанами! А затем вытащить его из сортира и пристрелить на глазах его семьи прямо посреди гостиной! Если этого не происходит, то местные, по всей видимости, поклоняются какому-то злому сверхсуществу, которое декларирует себя добрым!»

— Вы даже понятия не имеете, кто такие дьяволы и демоны, — покачал головой Таргус. — Я убивал их сотнями, а затем я убил их всех… Что мне жалкие германцы, обитающие в этой дыре? Если ты хотел напугать меня, то у тебя не получилось и надо стараться лучше. Помни всю оставшуюся жизнь: для меня смерть — не смерть, а текущая жизнь — не жизнь. Всё, что мне от тебя нужно: не лезь не в своё дело. Тогда у тебя всё будет хорошо. ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ?!

Выпучив в ужасе глаза, святоша отпрянул назад. Он приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но Таргус не дал ему договорить:

— Если ты хочешь сказать что-то, то тщательно подбирай слова, эрудит.

— Я… Я понял вас, Ваша Светлость, — ответил ему святоша и удалился.

Таргус ожидал, что ублюдок замыслит что-то против него и затаит злобу. Если ему суждено сдохнуть от этого — он с радостью сдохнет. Надо было с самого начала спровоцировать германцев на агрессию, тогда Бездна примет его обратно, доставит в Тартар, а потом подкинет какое-нибудь новое задание, вероятно, не связанное с младенческим бессилием. Это лучшая тактика.