Шрифт:
— Узнай у нее, пожалуйста.
Ответ от сестры приходит довольно быстро.
— Одиннадцатое сентября — ее день рождения. Объяснишь, зачем надо?
— Сейчас проверим. Погоди-ка… — Вытаскивает из кармана мобильный и начинает быстро двигать пальцами по экрану. — Хорошая девочка!
— Что там? — Закат от моих глаз безнадежно скрывается, но сейчас меня больше заботит клоун. — Это же не твой мобильный!
— Андрияша! Пароль от личного кабинета — Lada1109! — радостно восклицает Янош и показывает мне светящийся экран.
— Ты взломал телефон брата? Зачем?
— Давно хотел это сделать, но не было подходящего случая. А тут он сам лоханулся, оставил его на веранде. Да ты не трусь, у него их два, этот рабочий.
— Что за личный кабинет? — Я стараюсь не думать, что будет, когда Андрияш все узнает. — Зачем тебя звал?
— Не важно! — Отмахивается клоун. — Хочешь посмотреть задание на промежуточный зачет?
Вырываю из его рук мобильный, вглядываюсь в экран…
— Ты зашел в его личный кабинет на сайте универа? Но зачем?! Пароль от телефона тоже подобрал?
— День, месяц и год рождения матушки, тут все просто. В личном кабинете есть вся информация про сотрудников университета, — тихо произносит Янош. — Понимаешь, к чему я?
— Нет.
— Игорь Дмитриевич. Он спрашивал тебя, не ходили ли мы туда, куда не надо ходить. Хочу его найти.
— Ты серьезно? Да я уже забыла почти. Ничего же не случилось. Никто не умер, никаких происшествий… просто кто-то кого-то припугнул, не более того. К тебе же этот мужик так и не подходил?
— Не-а, но я хочу проверить. Пошли в беседку. Смотреть придется долго.
Я ее заметила быстрее Яноша, который, практически не отрывая глаз от экрана, рылся в телефоне Андрияша. Ее — это светлую машину, стоящую на дороге. И, кажется, беседку кто-то занял. Я не была в этом уверена на сто процентов, все-таки уже темновато, фонари пока не включили, к тому же беседка стоит среди деревьев.
— Янош!
Дергаю парня за руку, и он, наконец, поднимает голову.
— Вау! Это тачка Лады, — констатирует он.
— Уверен? Она давно уехала. Я сама видела.
Клоун смотрит на меня так выразительно, что я умолкаю. Но ненадолго.
— Мне кажется, кто-то есть в этой беседке, куда мы идем. Давай вернемся обратно.
— Издеваешься? Только вперед!
В этот момент включились дорожные фонари и стало заметно светлее.
— Слушай, а ты права. Там люди.
— Янош!
— Что? Тут машина Лады, мало ли что…
До беседки остается метров тридцать, может, даже меньше…
— Я так и знал. — Рядом раздается довольный смешок.
В беседке двое, и я их знаю. Обоих. Они явно ссорятся. Слов разобрать невозможно, но грозный рык профессора Разумовского я теперь точно не спутаю. Лада стоит рядом, вытянувшись в струнку, и что-то раздраженно ему выговаривает.
— Одни шекспировские страсти целый день, да, Заноза? — шепчет в ухо Янош. И я с ним, пожалуй, согласна.
— Пойдем отсюда. Не хватало еще, чтобы нас увидели…
— Вау! — Янош тихо присвистнул и толкнул меня в бок.
Они уже больше не ругались. Они стояли, прижавшись друг к другу, и целовались. Страстно, безумно, жадно. Это видно даже с такого большого расстояния. Я отворачиваюсь, дергаю за руку клоуна, но он не реагирует.
— У кого-то прямо сейчас растут цветистые рога, — комментирует Янош.
— Что?
Снова смотрю на беседку и вижу, как Лада отталкивает профессора и отвешивает ему такую звонкую пощечину, что клоун сморщился, как от боли.
Девушка быстро выбегает из беседки, тут же мигают фары, а Янош спихивает меня с дороги ближе к деревьям, подальше от чужих глаз.
Глава 19 Юлия
— Субботник? — По аудитории проносится возмущенный стон. — Субботник?!
— А их разве не отменили?
— Не имеют права!
— Я в субботу уезжаю!
— Это вообще законно?
— Ты не могла им объяснить, что никто не придет?
— Позвоню папе!
Еле сдерживаю себя, чтобы не заткнуть уши: гвалт стоит такой, будто у нас в группе человек сто пятьдесят, а не на порядок меньше. Но пасовать перед напором нельзя, хотя я сегодня уже раз десять пожалела, что согласилась быть старостой. Стою и молча наблюдаю, жду, когда сами успокоятся. У нас очередная «дыра» в расписании, узнали об этом все от меня, минут десять назад, когда я вернулась из деканата. Да тут еще и такая новость. Кстати, не единственная. Клоун расстроится, когда узнает. Если появится в универе.