– Да, я ваш друг, сэр, и если бы я знал, что вы хоть немножко меня любите, это было бы большой радостью для меня, старика.

Я протянул ему руку и сказал:

– Эту радость я могу вам доставить, дорогой Сэм! Будьте уверены, что я вас люблю, люблю, как… Ну, приблизительно как хорошего, бравого, почтенного дядю. Вам это достаточно?

– Вполне, сэр, вполне! Я так восхищен этим, что готов тут же на месте чем-нибудь угодить вам в свою очередь. Скажите только, чего вы хотите. Я могу, например… Например… Съесть на ваших глазах Мэри, так что от нее косточки не останется. Могу также, если это вам больше нравится, замариновать самого себя, приготовить фрикассе из собственного мяса и проглотить. Или же…

– Замолчите! – рассмеялся я. – В обоих случаях я лишился бы вас: в первом вы лопнули бы, во втором погибли от несварения желудка из-за проглоченного парика. Вы уже несколько раз оказывали мне услуги и, безусловно, в будущем премного обяжете меня. Итак, не лишайте пока что жизни ни себя, ни Мэри, а лучше поспешим в лагерь. Мне надо работать.

– Работать! А что же вы здесь-то делали? Если это не было работой, то я, право, не знаю, что вообще можно назвать таковой!

Я привязал лошадь Дика к своей, и мы отправились в путь. Мустанги, конечно, давно уже скрылись. Мул же покорно повиновался всаднику, и Сэм радостно восклицал несколько раз по дороге.

– Мэри отлично вышколена! И я обязан ею только вам. Вот так два дня! Сколько событий, недобрых для меня и славных для вас! Разве вы когда-нибудь могли думать, что так быстро изучите охоту на мустангов вслед за охотой на буйволов?

– Почему бы нет? Здесь, на Западе, можно всего ожидать. Я предполагаю участвовать и в других.

– Гм… Да! Надеюсь, что и в будущем вы останетесь целы и невредимы. А знаете, вчера ваша жизнь висела на волоске! Вы были слишком смелы. Никогда не забывайте, что вы еще грингорн! Разве видано что-либо подобное: спокойно подпустить буйвола к себе и затем стрелять ему в глаза? Вы еще очень неопытны и недооцениваете силы противника. Будьте в будущем осторожнее и не слишком полагайтесь на свои силы. Охота на бизонов в высшей степени рискованна. Только один вид охоты еще опаснее!

– А именно?

– На медведя.

– Но вы же не имеете в виду черного медведя с желтой мордой?

– Барибала? Конечно, нет! Это ведь очень добродушный миролюбивый зверюга, которого можно обучить даже гладить белье и вышивать. Нет, я думаю о гризли, сером медведе Скалистых гор. Когда он стоит на задних лапах, он двумя футами выше вас, одним движением челюстей он превращает вашу голову в кашу, а когда на него нападают и гризли приходит в ярость, то успокаивается он не раньше, чем разорвет врага на клочки.

Мы оба и не подозревали, что разговор на эту тему возобновится уже на следующий день, и что нам так скоро предстоит встреча с этим опасным зверем. Впрочем, у нас вообще не было времени продолжить разговор, так как мы уже прибыли в лагерь, который успел переместиться на порядочное расстояние, измеренное за время нашего отсутствия. Бэнкрефт и его землемеры усиленно работали, чтобы показать наконец, что они могут сделать. Наше появление привлекло всеобщее внимание.

– Мул, мул! – кричали со всех сторон. – Откуда вы его достали, Хоукенс?

– Мне прислали его прямым сообщением, – ответил он серьезным тоном.

– Не может быть! Кто прислал его вам, кто?

– Он прибыл по почте бандеролью в два цента. Может быть, хотите посмотреть обертку?

Одни расхохотались, другие начали ругаться, но Сэм достиг своей цели: его больше не расспрашивали. Был ли он более разговорчив со Стоуном и Паркером, я не мог проследить, так как тотчас же принялся за измерительные работы. Последние уже настолько подвинулись, что на следующее утро мы могли приступить к измерению лощины, в которой произошла моя встреча с бизонами. Когда вечером зашел об этом разговор, я справился у Сэма, не помешают ли нам буйволы, так как их путь, очевидно, лежит через эту лощину. Мы ведь имели дело только с передовым отрядом, и в недалеком будущем следует ожидать появления всего стада… На это Сэм ответил:

– Не беспокойтесь, сэр! Бизоны не глупее мустангов, форпосты, которые столкнулись с нами, успели вернуться и предупредить стадо. Будьте уверены, оно пойдет теперь в другом направлении и будет остерегаться этих мест.

Когда наступило утро, мы перенесли лагерь в верхнюю часть лощины. Хоукенс, Стоун и Паркер не принимали в этом участия: первый хотел объездить свою Мэри, а двое остальных сопровождали его в прерию, где был пойман мул. Там было достаточно места для осуществления намерения Сэма. Мы, землемеры, принялись закреплять межевые колья, причем нам помогали несколько подчиненных Рэтлера, в то время как сам он с остальными слонялся вокруг без дела. Во время работы мы приблизились к тому месту, где я убил буйволов. К великому моему изумлению, туши старого вожака там уже не оказалось. Мы подошли поближе и увидели широкий след, ведущий к кустам, трава была здесь примята полосой около двух локтей в ширину.

– Черт возьми! Как это возможно! – воскликнул Рэтлер. – Когда мы приезжали сюда за мясом, я хорошенько осмотрел буйволов: они были мертвы. И все же в этом старом вожаке тлела жизнь!

– Выдумаете? – спросил я его.

– Разумеется! Не предполагаете же вы, что уже околевший буйвол мог уползти?

– Разве он непременно сам должен был исчезнуть? Его могли унести.

– Как так? Кто же именно?

– Например, индейцы. Мы уже напали на след индейца.

– Ах вот что! Как иногда мудро может говорить грингорн. Но если буйвола унесли индейцы, то откуда же сами-то они появились?