Шрифт:
Юнга заорал как резанный и со всех ног бросился к хижине. Я спряталась за камнем, чтобы меня не заметили, и продолжила следить. Стайка моих магических рыбок все еще продолжала кружить над берегом, даже ту раковину, что упала, я опять облекла в форму рыбки, чтобы моллюск не сдох раньше времени, только эта рыбка трепыхалась на песке, будто пойманная.
Люди похватали палки, зажгли от костра и с ними прибежали разбираться, что происходит. Никто из них так и не использовал магию, что намекало на то, что способных к ней тут все же нет. За летающими рыбками они наблюдали, кажется, в полном офигении. Даже когда из одна из них подплыла к капитану и упала раковиной прямо в руки, растеряв магическую форму, он просто уронил моллюска на песок.
Да что ж за придурки-то!
Рыкнув, пошла на крайние меры. Раковина опять поднялась над землей, окруженная шариком воды. Дальнейший фокус был весьма сложен — вода проникла внутрь створок и легким движением, для которого понадобилось море мастерства, половинки раковины раскрылись магией, будто крылья бабочки.
Люди все еще стояли, тупо пялясь на эту картину. В эмоциях их преобладало недоумение, страх и шок. Что ж такое… тело моллюска выпрыгнуло из ракушки и ткнулось прямо в губы Юнге (тыкать едой в рот Капитану я просто не осмелилась).
Ну, очевидный же намек! Но этот дурачок принялся отмахиваться и отбрыкиваться, как будто его тут убивают.
Капитан оказался сообразительнее. Он резко выхватил кинжал и наколол на него тушку. Я развеяла магию воды, чтобы та не дергалась. Добычу свою капитан внимательно оглядел со всех сторон, помял пальцами, потыкал, потом все же надкусил.
Слава всем богам этого мира! Рыбки принялись крутиться и тыкаться в руки робинзонам, хотя те не торопились принимать столь щедрый дар, пока Капитан им не кивнул. Едва рыбки оказывались в руках человека, как магия исчезала, вскрывать раковины я не стала — пусть сами учатся. Несколько человек есть отказались, но это их выбор, другим досталось больше.
Я с облегчением нырнула в воду. Некое начало контакту было положено, а, когда все заснут, думаю, сделаю еще один жест доброй воли, только надо выбрать правильное место для представления.
Когда я отплыла на небольшой расстояние от острова, то буквально налетела на тело Кракена, всплывшее передо мной. От него веяло неожиданно обидой.
«Что случилось?» — удивилась безмерно.
«Почему ты с ними играешь, а со мной нет?» — прозвучало обиженно в его эмоциях.
Глава 24
«Почему ты с ними играешь, а со мной нет?» — прозвучало обиженно от Кракена.
Я зависла.
«Я и с людьми не играла, — признала чуть заторможено, — я их подкармливала.»
Я аккуратно скользнула мимо него и поплыла дальше, пытаясь прикинуть, как и во что можно играть с огромным морским монстром. Воображение буксовало, от Кракена веяло обидой, я бы обозначила эту эмоцию словом «надулся». Он, не формулируя мысли в конкретные образы, медленно, но неотступно плыл за мной.
«А ты хочешь со мной играть?» — наконец, не выдержала я.
«Хочу!» — прозвучало так восторженно, что я слегка оторопела.
Попыталась уложить это в голове, но выходило плохо.
«А ты не хочешь?!» — среагировал разочарованием он на мое слишком долгое молчание.
«Просто не представляю, как это делать, — вздохнула я и призналась: — Очень уж ты большой. Прости, я понимаю, что это нельзя контролировать… а раньше, до сна ты играл с русалками? Как ты это делал?»
«По-разному. Иногда я катал их на себе, — в моей голове появилась картинка Кракена размером раза в два больше русалки, которую он тащил куда-то, — иногда мы играли в догонялки, — теперь я увидела Кракена размером поменьше, длина его от головы до кончика щупалец была даже поменьше, чем от головы до кончика хвоста русалки, — иногда с нами играли дельфины, — тут Кракен был еще меньше, русалка магией подкидывала со дна раковины, а Кракен с дельфинами пытались их не то поймать, не то откинуть.»
«Но это все игры были, когда ты был маленький», — прервала я его воспоминания.
«Я и сейчас могу быть маленьким», — заметил он.
Я уже хотела его разочаровать, как Кракен вдруг как-то съежился, скрутился в плотный клубок из щупалец, на миг мне даже показалось, что ему плохо — его щупальца как-то скрутились, задергались, будто в приступе боли, поблекли и стали будто бы плоскими, словно потеряли свое содержимое, потом он резко раскрутился, растопырив щупальца в стороны, но теперь они были совсем не такими длинными, как прежде, будто уплотнились.
«Кракен! Кракен, что с тобой?!» — бессмысленно плавала я вокруг, не зная, что предпринять.
Он вновь скрутился в клубок, потом вдруг закрутился на месте с огромной скоростью, создавая водоворот, а потом так же неожиданно, как все началось, так и закончилось.
«Давай теперь играть!» — радостно сообщил Кракен размером лишь немного превосходящий мой рост.
Я просто выпала в осадок. Подплыла ближе, потрогала щупальце. Все вроде бы то же самое, только меньше намного.
«Это как это?!» — я даже не смогла толком сформулировать свое недоумение.