– Кашу любишь? Пшённая, упрела, что надо! – улыбнулась хозяйка.

– Ещё как буду! – по-моему, я даже облизнулась.

Ложка, выданная мне, была никак не меньше той, из сумки. Каша оказалась выше всяких похвал, так что тарелка подозрительно быстро опустела.

– Вкусно? – подмигнула старушка.

– Ага. Шпасибо! – проговорила я, поспешно дожёвывая и прикидывая, влезет ли в меня ещё хоть ложка

– А чай давай в саду попьём, на воздухе! – предложила довольная моим здоровым аппетитом хозяйка. Кивнув, я с трудом поднялась из-за стола, по знаку бабушки подхватив плетёнку с конфетами и сушками.

В саду и вправду обнаружился маленький столик и пара лавочек. Сюда перекочевали чашки, пузатый заварной чайничек и – о чудо! – настоящий самовар, поблёскивающий блестящими боками. Добавив варенье и яблоки, моя квартирная хозяйка наконец присела напротив меня, наливая душистого чая в расписные чашки. Мне вспомнились чаепития в гостях у бабушки… Только воздух там другой, настоянный на запахе хвои, лесной…

– Чему улыбаешься? Хорошее вспомнила? – спросила старушка. Я кивнула, собираясь ответить, но тут нас прервали.

– Дай! – требовательно произнёс кто-то. – Дай-дай!

Я оглянулась. Из-за заборчика на нас смотрел очень странный господин. Именно это слово первым пришло на ум, пока я внимательно разглядывала его наряд: чёрную широкополую шляпу, шёлковый шарф, бывший когда-то белым, длинный сюртук, явно знававший лучшие времена…

Конец ознакомительного фрагмента.