Признаюсь, как только он сказал, что видит отклонения, и предложил свою помощь (он же всё-таки медицинский искин), у меня перехватило дыхание. Сразу же поинтересовался, а за какие делишки и кого и с какой степенью жестокости надо убить. Но, похоже, я слишком много начитался книг с разумными компьютерами, которые в полной мере осознали себя и с лёгкостью прошли тест Тьюринга. Но все оказалось проще, искину, созданному расой Аркинов, вообще плевать на всё. На то, что он искин, на то, что он уже хрен знает сколько времени один, на людей, на бабочек и на все остальное. В общем, не смотря на его возможности, он особо и не отличался от обычного стационарного компьютера.

Капсула с лекарством была доставлена минут через пять, а я ещё раз спросил интуицию, стоит ли? Интуиция орала – бери пока дают! В общем, я проглотил капсулу, которая должна в течение десяти стандартных суток (плюс минус несколько дней), подстегнуть регенерацию и запустить механизм восстановления.

Вопрос «а конфликтов не будет?» – все же это лекарство совершенно другой расы, которая в свою очередь где-то там «за горизонтом». На что получил ответ, что искин просканировал человеческую биоструктуру фактически сразу по приземлению. По его словам, наше тело далеко не самое уникальное, что есть в его базах. Немного неприятно это слышать, но факт остаётся фактом, мы не такие уж уникумы в пределах вселенной. Впрочем, оно и понятно, состоим мы из веществ, которых можно найти на множестве планет. Так почему мы величаем себя уникальными? Непонятно, это как песчинка на море лежит и орёт о том, что строение её тела уникально и такого нет, не только в природе, но и во вселенной. Глупо ведь звучит.

В такие моменты и в богов поверишь, может за мной кто-то и присматривает, хотя нет, вряд ли. Столько раз я висел на волоске и вдруг, на тебе, Максим, подарок – нелогично, да и никаких упоминаний появления богов, нет. Кроме одного, но он вроде бы был сыном божьим. Правда это или вымысел, мне не ведомо, так что я нейтрален в этом вопросе.

Хорошо ещё, что на базе проверили меня ещё раз и ничего такого не обнаружили, это я, кстати, очень тщательно отслеживал: удивление, страх, радость. Но ничего такого я так и не ощутил, все в штатном порядке, все напряжены и работают по своей специальности, исцеляя одного неудачника со сломанными пальцами. Думаю, их эмоции были бы совершенно другие, заметь они внутри меня какое-то неизвестное науке вещество. Правда, больше я от искина ничего не получил, ни баз, ни знаний, ни какого-то суперкостюма или технологичного оружия. Обидно? Да не особо, хотя нет, вру, немного обидно было, но это как-то очень быстро прошло. Не жили хорошо, нечего и начинать. Итак, если препарат подействует, будет просто шикарно.

Вымыв кружку с тарелкой, точнее, поставив её в посудомойку, я вернулся обратно на веранду. Бежать в бункер пока рано, необходимо выждать пару-тройку дней, чтобы удостоверится в том, что все в порядке и за мной действительно никто не наблюдает. Отдых ведь тоже важная составляющая любого начинания. Главное, основное я осмыслил и принял, «остатки» додумаю уже во время отдыха.

Ну и раз уж у меня времени навалом, можно проверить свою почту и составить план, но это уже в голове. Просмотреть записи с бункера – может, там кто-то уже побывал. Короче заниматься спокойными делами, без беготни и спешки.

Москва. Земля-2

– Ну, что сидим, кого ждём?! – в комнату ворвался парень и довольно пройдя, плюхнулся на диван, вытянув ноги.

Все участники музыкальной группы «Rock Ball» затихли и воткнули взгляд в своего фронтмена, Игоря Стяжева.

– Игорь, а ты чего такой довольный, – аккуратно спросил клавишник Денис.

– Довольный потому, что я дозвонился до Сато, – парень похлопал по папке, из которой торчали исписанные листы бумаги.

Народ тут же подобрался: все знали, что Игорь записывает тексты песен только на бумаге, говоря, что в электронном формате как-то не по-людски. Группа вновь переглянулась и уставилась на Игоря гипнотизирующим взглядом.

– Сколько? – Антон Градецский, бас-гитарист, задал вертящийся на языках группы, животрепещущий вопрос.

После того сокрушительного успеха их группа только пару дней назад сошла с первых мест чартов. «Встань» в русском сегменте, а «Rise» соответственно на европейском. Они стали узнаваемы, причём не только своими фанатами, которых у них, к слову, говоря, было не так уж и много.

Приглашения на телевиденье, в бары, рестораны и прочие развлекательные учреждения, все это было, но постепенно сошло на «нет». Парни, к счастью, даже не расстроились, так как понимали, на одной песне – эм, ну по факту это и была одна песня и кавер на неё же – далеко не уедешь. Они уже и сами были не рады тому, что так высоко поднялись. Ведь чем выше забираешься, тем больнее падать. Фанаты, коих стало намного больше, явно ждут от группы что-то эдакое, и чтобы песня была, пусть и не на уровне «Rise», но тоже достойной. А у них какой-то затык с песнями, как назло. А в мире шоу-бизнеса, если певец или группа долго молчит, она становиться через какое-то время «мёртвой». То-то в последнее время их особо никуда не зовут. Критики начали говорить о том, что группа уже спела свою последнюю песню.

– Игорь мы тебя сейчас побьём и, возможно, ногами, – наконец-то выдал барабанщик.

– Ладно-ладно! В общем пятнадцать! – Игорь постучал по папке.

– Миллионов?!

– Песен! – Довольный Игорь радостно вытянулся на диване. – Правда, работы до хрена, надо все доделать так, как сказал композитор.

– Наконец-то! – бас-гитарист вскочил, и радостный начал ходить по студии.

– А что с деньгами? – настороженно спросил Антон.

– Десять процентов от общего сбора, – и вновь вся группа переглянулась, радостно улыбаясь.