Значит, Речь, считает возраст мирмеций с момента вылупления из кокона, игнорируя стадию яйца и личинки. Занятно, это объясняет некоторые неясности, удивлявшие меня ранее… впрочем не до того. Я покрутил головой, но ни одной отверженной не увидел. Спрятались. Только не говорите, что нам придётся обыскивать все закоулки и изгибы суперсолдата в поисках врагов.

Зараза… время на исходе, а я не успеваю и сражаться, и головоломку параллельно решать.

— Она… только родилась, но уже взрослая? — спросил я Сахаринку, параллельно изучая мини-карту.

— Верно, — подтвердила воительница. Она забралась на грудь суперсолдата и сосредоточенно щупала антеннами воздух. Где бы враги не прятались, они хорошенько затаились. — Как и муравьи, мирмеции выбираются из кокона полностью зрелыми и сформированными. Больше мы уже не растём.

Мини-карта молчала, не желая раскрывать мне местонахождение гадов. Я бросил взгляд на лицо Вафельки — внешне очень похожа на Сахаринку, только черты лица чуть более молодые. И возраст… гм…

Если так подумать, передо мной — огромная взрослая легальная лоля… Невероятно, но факт. Уровень всего лишь первый… а сила уже далеко за двести… Какая жесть. Вот что значит быть суперсолдатом. Уже на старте получаешь такие огромные плюшки.

Сверху из дыры в коконе на нас посыпались новые отверженные. Кажется, Ферра в одиночку такое стадо просто не вывозила. Кто-то да проскальзывал к нам мимо железного стража. Мы с Сахаринкой не медля вступили в сражение.

— Кто вы такие? — спросила Вафелька, растерянно глядя на нас. Её огромные антенны, каждая толщиной с корабельную мачту, осторожно ощупывали пространство. — Я уже вылупилась? Почему вы сражаетесь? Я ощущаю связь и родство со всеми вами…

Голосок у новорождённой мирмеции оказался громким… но очень тоненьким. Словно говорила девочка-подросток. Ну, думаю, лет шестнадцать ей точно есть, но скорее даже больше. Муравьи, насколько мне известно, после вылупления из кокона, не меняются. Какими родились — такими на всю жизнь и остались. Мирмеции, похоже, чуточку меняются со временем. Начинают выглядеть немного более взрослыми.

— Привет, сестрёнка, — ласкового произнесла Сахаринка. До этого мирмеция «приласкала» одну отверженную шестопёром по голове, от чего та слегка… изменила форму на более сплюснутую. — Послушай, ты сейчас находишься в опасн…

— Ой… — неожиданно произнесла гигантская девушка, озадаченно глядя на нас. — Подо мной кто-то ползает… Это сон или реальность?

В ушах у меня зашумело. Голос суперсолдата звенел, словно колокольчики… большие такие колокольчики. Почти колокола. Хотя голосок барышни был и высокий, но очень мощный. У меня возникло стойкое ощущение, что он способен долететь почти до самых дальних уголков Мирмеграда.

Внезапно из-за плеча Вафельки показалась отверженная. А мы с Сахаринкой находились слишком далеко, чтобы прийти на помощь. Я рванулся в сторону головы суперсолдата, но уже тогда отчётливо понял, что не успеваю…

— Не бойся, дитя, — ласково произнесла отверженная мирмеция. В её руках сверкнул шприц с острой иглой. — Мы пришли помочь тебе. Сделать целебный укольчик…

— А-а-а, ладно… — доверчивая Вафелька послушно кивнула. — А укольчик это больно?

— Конечно не-е-ет, — ласково произнесла отверженная, сгибаясь над шеей Вафельки. Игла вплотную приблизилась к огромной пульсирующей вене под кожей суперсолдата.

Я не успел. Игла вошла в вену, вливая отраву в тело Вафельки… точнее, в её разум, душу и Грёзы…

Подлетев к отверженной, я мощной зуботычиной отправил её в полёт до ближайшей стенки кокона. Но чёрное дело уже было совершено. Ещё не рождённая девочка получила дозу наркотика… пускай пока лишь в Грёзах. Но этого уже было достаточно, чтобы изменить её жизнь.

— Ох… — Вафелька сильно побледнела и начала тяжело дышать, её лоб покрылся испариной. — Что со мной…