Но сам он, похоже, думал по-другому, потому что делал тщетные попытки вырваться из цепкой хватки двух часовых, насмерть прилепившихся к нему. В их действиях не чувствовалось никакой враждебности, но ощущалась твердость и решительность. Они целенаправленно двигались в сторону ворот, таща на буксире своего пленника.

— Эй, отпустите меня, дайте сначала переодеться, ребята, — сопротивлялся он. — Неприлично приносить клятву в таком виде.

Попытку изящно сбежать испортил Руперт. Самодовольный и расфуфыренный, в гофрированной рубашке и камзоле, отороченном золотыми кружевами, он выскочил из узких ворот, как пробка из бутылки.

— Не волнуйся об этом, парнишка, — произнес он, разглядывая Джейми блестящими глазами. — Мы нарядим тебя подобающим образом там, внутри. — Мотнул головой в сторону ворот, и Джейми увлекли туда. Мясистая рука ухватила меня за локоть, и я волей-неволей вынуждена была идти следом.

Похоже, Руперт пребывал в прекрасном расположении духа, впрочем, как и все остальные в замке. Всего их было человек шестьдесят или семьдесят. Одетые в свои лучшие наряды, увешанные кинжалами, саблями, пистолетами, все с кожаными сумками на поясах, они бродили по двору у входа в главный зал. Руперт указал на дверь в стене, и часовые затолкали Джейми в небольшую освещенную комнату. Видимо, она использовалась, как склад — на столах и полках лежала всякая всячина.

Руперт окинул Джейми критическим взглядом, задержавшись на соломе в его волосах и пятнах на рубашке. Потом кинул быстрый взгляд на соломинки в моих волосах и цинично ухмыльнулся.

— Неудивительно, что ты опоздал, парнишка, — ткнул он Джейми под ребра. — Нисколько тебя не виню.

— Вилли! — крикнул он кому-то у входа. — Нам нужна одежда! Что-нибудь приличное для племянника лэрда. Поищи давай, да поторопись!

Джейми, сжав губы в тонкую линию, огляделся. Его окружали шесть членов клана, все в исключительном расположении духа в предвкушении клятвы. Свирепая гордость Маккензи буквально хлестала в них через край. Вне всякого сомнения, их чудесному настрою способствовало неумеренное угощение из бочки с элем, которую я заметила во дворе. Взгляд Джейми остановился на мне. Выражение его лица оставалось по-прежнему угрюмым. Все из-за тебя, словно говорил он мне.

Разумеется, он мог просто объявить, что не собирается приносить Каллуму клятву верности, и вернуться в свою теплую постельку в конюшне. В смысле, если бы напрашивался на серьезную драку или на то, чтоб ему перерезали глотку.

Джейми вскинул бровь, пожал плечами и покорился Вилли, который ворвался в комнату со стопкой белоснежных льняных рубашек в одной руке и щеткой для волос в другой. Сверху на рубашках лежал синий бархатный берет с металлической эмблемой и веточкой падуба. Я взяла берет, чтобы как следует рассмотреть, пока Джейми натягивал чистую рубашку и с приглушенной свирепостью драл щеткой волосы.

Эмблема была круглой, гравировка — поразительно изящной. В центре располагались пять вулканов, извергающих очень реалистичные языки пламени. А по краю шел девиз: Luceo Non Uro.

— Сияю, но не сгораю, — перевела я вслух.

— Ага, девица. Это девиз Маккензи, — одобрительно кивнул мне Вилли, выхватил берет у меня из рук и сунул его Джейми, прежде чем ринуться на поиски остальных деталей одежды.

— Гм… мне очень жаль, — тихо сказала я, воспользовавшись отсутствием Вилли и придвигаясь поближе к Джейми. — Я не хотела…

Джейми, с неприязнью разглядывавший эмблему на берете, перевел взгляд на меня, и угрюмо сжатые губы расслабились.

— Да ладно, не переживай из-за меня, Сасснек. Раньше или позже это бы все равно случилось.

Он оторвал эмблему от берета и кисло улыбнулся, глядя на нее и взвешивая в руке.

— Знаешь мой собственный девиз, девочка? — спросил он. — Я хочу сказать — моего клана?

— Нет, — растерялась я. — И как он звучит?

Он подкинул эмблему в воздух, поймал и аккуратно бросил в сумку. Потом довольно безрадостно посмотрел в сторону арки, где неровными рядами толпились члены клана Маккензи.

— Je suis prest, — произнес Джейми на удивительно хорошем французском. Оглянулся назад и увидел Руперта и еще одного огромного Маккензи, которого я не знала. Лица у обоих пылали от хорошего настроения и хорошей выпивки. Руперт нес наряд цветов Маккензи. Безо всякого вступления второй Маккензи начал расстегивать на Джейми килт.

— Лучше уходи, Сасснек, — коротко посоветовал Джейми. — Здесь не место для женщин.

— Я уже заметила, — сухо отозвалась я, и была вознаграждена кривой усмешкой. Как раз в этот миг его бедра обернули новым килтом, а старый, исключительно целомудренно, сдернули. Руперт со своим дружком решительно подхватили Джейми под руки и повели к арке.

Я повернулась и пошла к лестнице, которая вела на галерею менестрелей, старательно избегая смотреть в глаза любому встреченному мною члену клана. За углом остановилась и вжалась в стену, желая остаться незамеченной. Я немного подождала, пока коридор не опустел, потом нырнула за дверь, ведущую на галерею и быстро захлопнула ее за собой, прежде, чем кто-нибудь завернет за угол и увидит, куда я исчезла. На лестницу пробивался сверху тусклый свет, так что я уверенно шла по истертым ступеням, поднимаясь навстречу шуму и свету, и размышляла над этими последними словами Джейми. Je suis prest. Я готов. Я очень на это надеялась.