Шрифт:
– Нам пора уходить, – глухо сказал он.
Карнелиец кивнул.
– Да, Зарель. Ты прав. Уходим прямо сейчас.
Глава тридцатая
Десятитысячный отряд крестоносцев был уничтожен за несколько часов. Твари из Разлома не были Измененными и не умели сражаться. Но зато они не ведали страха и было их слишком много.
Рыцари словно угодили в бушующее море из тысяч оскаленные пастей, звериных лап и щупалец. Под их свирепым натиском трещала и корежилась закаленная сталь доспехов, ломались мечи и вдребезги разлетались щиты.
Но самое ужасное заключалось в том, что этих тварей почти нельзя было уничтожить. Куски их изрубленных тел обретали собственную жизнь, срастались друг с другом, выпускали новые конечности и лезли обратно в бой.
Рыцарям оставалось надеяться только на помощь Господа. И какое-то время казалось, что у них есть шансы. Когда Жанна и священники использовали Очищающий Свет, обратив в пепел всех тварей вокруг на несколько десятков шагов, крестоносцы победно взревели.
Но это оказалось лишь передышкой. На смену погибшим спешили все новые и новые чудовища. А круг Очищающего Света все слабел и слабел. Священники падали замертво от усталости, Жанна едва стояла на ногах, но армия монстров по-прежнему казалась безбрежным морем.
Очень скоро об Очищающем Свете пришлось забыть. Все, на что хватало сил у Жанны и уцелевших священников, это Святое Благословение, которое приносило рыцарям удачу и позволяло меньше уставать.
Но крестоносцы были уже обречены. Это понимали все. Пробиваться из окружения было бессмысленно. С вершины холма, на котором рыцари заняли круговую оборону, было отчетливо видно, что полчища монстров заполонили все окрестности.
Ряды рыцарей таяли на глазах. Несмотря на лучшее в Армании оружие, несмотря на отчаянное сопротивление и помощь святых отцов, крестоносцы не могли выдержать бешеный напор почти неуязвимых чудищ.
Земля как будто качнулась под ногами Жанны, в глазах потемнело и она без сил опустилась на колени. Она продержалась дольше всех – все святые отцы ордена уже лежали без чувств. Жанне и самой страстно хотелось закрыть глаза и отдаться на волю Господа, но она держалась и даже продолжала подпитывать Святое Благословение. Это было бессмысленно, бесполезно, но ее рыцари все еще сражались и она не могла оставить их без поддержки.
Рядом, тяжело дыша, присел Таннер. Его доспехи были изрядно изломаны и залиты кровью. Он стянул покореженный шлем и Жанна ахнула – лицо рыцаря превратилось в кровавую маску.
– Будь ты проклят, Ингельд! – выдохнула она. – Таннер, если бы мы могли убить его!
Рыцарь покачал головой.
– Он так и не показался на глаза. Ни разу.
– Я чувствую, что он где-то рядом, – прошептала Жанна.
– Возможно. Но кроме этих звериных харь тут ни черта не видно!
– Не сквернословь, – слабо улыбнулась Жанна. – Ты рыцарь Господа.
– Прости, Жанна.
Он склонился к ней.
– Жанна, мне надо в бой. Думаю, это наш последний разговор. Я бы хотел, чтобы ты знала. Я... Я... – Таннер нахмурился, скрипнул зубами, и отвернулся. – Прости, Жанна.
Он поднялся и крепко стиснул пальцами забрало шлема, выправляя погнувшуюся сталь.
– Таннер, – удивленно прошептала Жанна. – Подожди, ты ведь...
Жанна вдруг ощутила острейшее желание узнать, что же хотел сказать Таннер. Сердце затрепетало, как будто от слов рыцаря зависела ее жизнь.
– Прости, Жанна.
Таннер торопливо надел шлем, стянул ремни и стал спускаться вниз.
– Таннер... – она хотела крикнуть, но из горла вырвался лишь невнятный хрип.
Рыцарь исчез в гуще боя. Какое-то время Жанна еще видела его, а потом в глазах защипало и Жанна опустила голову.
– Почему, Таннер? Почему?..
Тишина обрушилась так неожиданно, что в первое мгновение Жанне показалось, что она оглохла. Исчезло все – рев чудовищ, звон и лязг железа, крики рыцарей. Недоумевая, она кое-как поднялась и, сквозь уже довольно редкий строй воинов разглядела отступающих монстров.
Ничего не понимая, Жанна, покачиваясь, двинулась вперед. Рыцари расступились и через минуту Жанна уже стояла рядом с Таннером. Рыцаря сильно шатало и он был вынужден опереться на меч. От доспехов Таннера остались лишь жалкие куски, свисавшие на крепежных ремнях, вязаная рубаха под ними была совершенно мокрая от пота и крови.
– Таннер... Живой...
Она попыталась перехватить его взгляд, но рыцарь смотрел куда-то в сторону. Смотрел горящими от ненависти глазами.
– Что здесь про...
Жанна запнулась. Ответ стоял прямо перед ней, в десяти шагах. Ее сердце дрогнуло.
– Ингельд... – прошептала она.
На нем был длинный черный плащ, ровный и гладкий, без единой складки, словно сотканный из цельного куска мрака. Взгляд Жанны скользнул по лицу Ингельда. Оно было хорошо знакомо ей, и в то же время – чужое.