Таэн услышала скрежет металла.

— Уже лучше, — выдохнул Корли. Кинжал ударил по гарде, что-то стукнуло о палубу. — Огни, парень, я же велел тебе следить за ногами!

Сновидица скорее почувствовала, чем услышала, как Джарик встал и поднял оброненный меч. Последовал быстрый обмен ударами; закаленная сталь звенела снова и снова, пока девушку вконец не измучила эта непрерывная атака звуков. Зарывшись во влажные одеяла, она пыталась обрести покой, которому учили ее ваэре, найти то внутреннее равновесие, которое помогало ей пустить в ход свой дар. Но сейчас, как ни странно, эти упражнения не помогали.

Таэн вдруг окатила волна жара, в ее ушах раздался тонкий звон. Зато звон мечей стал тише, он отдалился и стал похож на звук колокольчиков, висевших на карнизах дома, где она выросла. Настоящее ускользало прочь, уступая место воспоминаниям, и обрывки ругательств Корли кружились, как осенние листья.

Таэн попыталась сориентироваться, понять, что ей чудится, а что — нет, и вернуться в каюту на борту бригантины. Но у нее ничего не получалось. Слишком поздно Таэн поняла: происходит что-то странное. Перед ее мысленным взором кружились образы, картинки из жизни людей, обитающих на островах Иннишари к югу отсюда. Звон в ее ушах нарастал, мало-помалу превратившись в ритмичные удары молота кузнеца. Жар обжег ей лицо даже сквозь бороду… Бороду?!

Девушка попыталась вернуть собственное "я", чувствуя боль в потных пальцах, сжимающих железные клещи, которые поворачивали раскаленную подкову на наковальне. Ужаснувшись, волшебница резко прервала мысленный контакт. Но хотя сознание кузнеца покинуло ее разум, она не вернулась в каюту. Кузнечные клещи в ее руках превратились в ручку метлы, огонь погас и сделался порогом, стоя на котором жена фермера отгоняла шесть тощих кур от мерки сушеного зерна. Куры закудахтали и захлопали крыльями, поднимая пыль. Таэн моргнула — и в следующий миг очутилась в пыльной тесной мастерской, где ткач трудился над серой шерстяной тканью. В отчаянии девушка отогнала это видение и направила свой разум прочь от города, в открытое море.

Соленый ветер хлестнул ее по лицу, как мокрая тряпка. Таэн ахнула, сосредоточилась — и почти сразу поняла, что потерпела неудачу. «Безлунный» шел на запад среди архипелагов Альянса Свободных островов, где ярко светило полуденное солнце, а на горизонте виднелись соседние с Ландфастом островки. Здесь же кипели штормовые буруны, ничуть не похожие на спокойное море, по которому плыла бригантина.

Таэн в ужасе призвала на помощь свой дар, но это не помогло: образы ускользали от нее, как вода сквозь решето, она была не властна их изменить. Борясь с нарастающей паникой, девушка увидела, как очередная волна что-то вскинула на пенном гребне. Сперва Таэн показалось, что это запутавшаяся рыбацкая сеть, брошенная на волю прилива; но потом она заметила сквозь ячею человеческую руку, непромокаемую куртку и сапоги.

Уверенная, что видит прошлое, Таэн вскрикнула:

— Отец!

Но запутавшееся в сети тело перевернулось, соскользнув с гребня волны и открыв светлые, а не черные волосы, которые подобно нитям водорослей прилипли к незнакомому распухшему лицу.

Таэн вздрогнула и, устав бороться, отдалась на волю видения. Туман дымкой поплыл над водой, скрыл мрачный груз в сетях, но Таэн еще успела увидеть блеск ножа, воткнутого в грудь мертвеца. Она задумалась, кем был убитый рыбак, но это видение уже сменилось другим.

Все кругом окрасилось сперва в мутно-белый, потом в серый цвет, вслед за чем наступила ночь, в которой не светилось ни единой звезды. В полной темноте вдалеке слабо хлопнула дверь, потом Таэн услышала звук шагов, и кто-то коснулся ее плеча. Тьму вокруг сменила стена ослепительного огня, который полыхал оранжево-золотистым жаром, но не обжигал. Как ни странно, это не наполнило ее ужасом в отличие от предыдущих видений. За вспышкой пламени чувствовалось человеческое присутствие, и до ее плеча дотронулся тот, чье прикосновение было ей знакомо почти так же хорошо, как прикосновение родного брата.

Таэн резко вздрогнула и проснулась, поцарапав щеку о переборку.

— Джарик!

— С тобой все в порядке, маленькая колдунья?

Его озабоченный голос прозвучал совсем близко.

Таэн моргнула и поняла, что дрожит. Она промолчала, не решаясь заговорить, и Джарик мягко повернул ее лицо к свету, пробивающемуся сквозь забрызганное солью стекло кормового иллюминатора. Все еще ошеломленная, Таэн подняла голову и встретилась со взглядом карих глаз.

Шнуровка рубашки Джарика была распущена, его кожа блестела от пота, а ноздри слегка раздувались — и неудивительно, ведь он только что закончил тяжелую тренировку с Корли. Но как только Таэн коснулась его разума, она почувствовала: с юношей не все ладно.

— Я как раз шел за корабельным врачом, когда услышал, как ты вскрикнула, — сказал сын Ивейна. — Ты заболела?

Что-то и правда было не так, это было слышно и по его голосу.

— Нет. — Таэн окончательно проснулась и села, откинув скомканные одеяла. — Просто мне приснился кошмар, вот и все.

Она внимательно посмотрела на Джарика, но так и не поняла, что же ее насторожило. Боясь, что юноша сейчас уйдет и она так ничего и не выяснит, Таэн поспешно объяснила:

— Мне приснился плывущий по волнам убитый рыбак.