— До меня дошли слухи, что вы в одиночку раскидали молодчиков Раптора и при этом показали навыки владения боевыми единоборствами, достойные бойца подразделения «Барс» или «Кобра», — начал Хайнц под одобрительные кивки своей охраны, и Брендан почти что услышал треск льда, по которому шел на протяжении всего разговора.

Если сейчас его спросят о связи с Пабло или Левой Деевым, придется отпираться, и милая светская беседа может закончиться где-нибудь на руднике или в застенках службы безопасности. А ведь Брендан уже чувствовал себя ответственным за Эйо и ее домочадцев. Впрочем, никаких обвинений не последовало. Вместо того Хайнц придвинулся ближе, внимательным, оценивающим взглядом окидывая скрытую свободной медицинской одеждой фигуру своего нового сотрудника.

— Дален мне сказал, что вы с Сербелианы и, если вы действительно занимались флаем и участвовали в уличных драках, я мог бы предложить вам на весьма выгодных условиях место на арене моего бойцовского клуба. Разумеется, в свободное от приема пациентов время и только в качестве приработка. Уверяю вас, там гонорары куда выше, чем в любой аптеке или врачебном кабинете. Люди готовы сэкономить на здоровье, которого все равно нет, чтобы отвлечься от проблем.

«И посмотреть, как лупят уродов», — добавил про себя Брендан.

Он уже знал, в чем заключалась основная работа Ндиди помимо незначительного заработка в ремонтной мастерской. Папаша Хайнц умел держать нос по ветру, улавливая настроения местных жителей и извлекая прибыль из любой, казалось бы, незначительной мелочи. Мутантам мало заверений блогеров и тележурналистов в их уникальности? Устроим еще одно шоу, давая им возможность утвердиться. Тем более что тотализатор на любых единоборствах приносил сверхприбыли еще со времен Древнего Рима.

Хотя внешне бои выглядели зрелищно и велись вроде бы с соблюдением всех правил, существовал неписанный закон: «уроды» не должны побеждать. Поэтому так переживала Эйо, провожая брата к Хайнцу в клуб, потому товарищи-рудокопы, выражая поддержку молодому бойцу, обреченно качали головой: надолго ли его хватит. Один раз какой-то охотник то ли под наркотой, то ли выплескивая злость на капризы пустоши, измочалил Ндиди так, что Далену в самом деле пришлось собирать его по кусочкам. Брендан видел шрамы: некоторые кости так неправильно и срослись. Конечно, ему хотелось бы помочь брату с сестрой выпутаться из цепких щупалец теневого короля, но не подведет ли он и своих добрых хозяев, и друзей, если сам увязнет в тенетах?

Вслух он, конечно, ничего не сказал, вместо этого уклончиво покачал головой:

— Спасибо за заботу, но я пока не знаю здешних правил, да и не представляю, удастся ли мне сочетать врачебную практику с выступлениями в клубе. Пока пациенты идут нескончаемым потоком, как бы мне не пришлось задержаться тут до ночи.

— А я и не говорю, что нужно выходить на арену прямо сейчас, — опять одними губами улыбнулся Хайнц. — Пока клуб вообще, можно сказать, простаивает: большая часть охотников в рейде, а именно они составляют костяк моих лучших бойцов.

«А когда или если они вернутся, то не только от клуба, но и от города не останется и следа», — вспоминая секретный приказ Нарайана, вздохнул про себя Брендан.

Он обещал подумать, а сам решил вечером обязательно все обсудить с Ндиди и спросить мнение Ящера.

Вот только вместо старого друга в вертоград Рукодельницы, громыхая кустарным протезом, пришел насупленный Йохан Дален.

— Хорошо, что ты сегодня никуда из своего кабинета не выходил, — сообщил он Брендану вместо приветствия. — Я уж расстарался, подогнал тебе пациентов.

— А что случилось? — нахмурилась хлопотавшая с ужином Эйо, которая целый день провела дома, ухаживая за Камо и пытаясь выполнить какой-то особо мудреный заказ к свадьбе бывшей ночной бабочки и рэкетира.

— На уровне — облава, — пояснил Дален, кое-как приглаживая рыжие вихры. — Кто-то слил явки и пароли сопротивления, поэтому хватают всех подряд. Я сам едва отбился, а вот вашего шипастого клыкастого друга с дурацким гребнем на голове задержали. Он успел мигнуть, чтобы я предупредил новичка и остальных, кого смогу.

— Ну и как? Что-нибудь сделать удалось? — сжал кулаки Ндиди, и Брендан обратил внимание, как на его скулах гуляют желваки.

Этого парня в самом деле стоило взять на пустошь. Хотя здесь тоже творились дела не менее опасные, и Брендану совсем не хотелось, чтобы Камо разлучили с матерью, а их с Ндиди упекли на рудник или куда похуже.

— Да что тут сделаешь? — развел руками Дален. — Большинства из тех, кто действительно имел отношение к Сопротивлению, в городе нет, и что они делают на пустоши — один пульсар знает.

Брендан хоть и не претендовал на лавры аккретора, но тоже мог бы рассказать, что происходит, но пока предпочел промолчать. Дален хотя и сочувствовал Сопротивлению, работал на Хайнца, а Ндиди с Эйо просто пока не стоило огорчать мрачными перспективами, которые уготовал городу профессор Нарайан. Если Пабло и его товарищам не удастся отбить у охотников «ключ», город обречен.

Знал ли он тогда, что судьба принцессы Сансары окажется у него в руках?

Брендан повернулся, стараясь, чтобы ветхий топчан верхнего яруса под ним не заскрипел. Глаза уже достаточно привыкли к полутьме, чтобы разглядеть спящих. Ндиди лежал на соседней верхней полке почти под потолком. Его грудь вздымалась ровно и спокойно, как у человека, который не таит злых умыслов и честно выполняет свои обязательства. Эйо примостилась на краешке стоявшей внизу полутораспальной кровати, даже во сне пытаясь уберечь и согреть прижавшегося к ней Камо.