Добровольно мучаться, применяя изощренную пытку для своих натянутых нервов, что с треском едва не лопаются и не предпринимать попыток уйти.

Быть физически рядом с Мартой и одновременно по ощущениям очень далеко до леденящего холода под кожей, который способен беспощадно выхолодить внутренности.

Меня душит нагнетающая обстановка, как если бы меня заперли в замкнутом пространстве, отобрав право выбора. Приходится давиться спертым воздухом и тяжёлым смогом разочарования, понимая, что уже ничего не изменить, не повернуть вспять.

Обратного пути не предполагается, холодность и отрешенность во взгляде Марты не ставят точку, а разрывают тонкую нить, некогда связывающую нас. Разных, далёких и нуждающихся в том, что сейчас покрывалось налётом ненависти друг к другу.

Мои руки непроизвольно сжимаются в кулаки, которыми я готов разнести здесь всё к чертям, стереть глумливую ухмылку с лица Шорохова и раскрошить белоснежный ряд зубов. Выбить своей дурью его высокомерие. И мне плевать, что я вновь напугаю Марту, мне теперь на многое наплевать.

Но вместо мстительного выплеска, я втихую хороню все чувства, запечатывая их там, откуда и не стоило доставать.

– Если от меня больше ничего не требуется, – царапаясь и причиняя дикую боль, слова с трудом проходят по скованному злобой горлу. – Я вас оставлю.

– Останься в клубе, – холодно отзывается Ринат, даже не собираясь брать подписанные мной документы. Словно потеряв к ним интерес, ведь я теперь на бумаге уже принадлежу его бойцовскому клубу и проявлять гипервосторгов Шорохов не станет, он добился желаемого. – Чуть позже представлю тебя нашему партнёру.

– Отлично, я буду в зале.

Вставая с кресла, я буквально вскользь касаюсь Марты, которая и не думает держаться от меня подальше, создавая очень правдоподобную иллюзию безразличия.

На коже остаётся, будто бы ожог и я невольно вспоминаю, каково трогать тело любимой, бывшей любимой… больше недосягаемой и чужой.

Без промедлений выхожу в коридор, рвано хватаю ртом воздух и не успевая надышаться, зло выпускаю его из лёгких. А те горят, словно я в самом эпицентре пожара и каждый вдох обжигает, и ранит.

Хочется курить, хочется пить до беспамятства, хочется, чтобы скорей отпустило. Впервые в жизни хочется ввязаться в драку без особых причин, без особых приёмов защиты и нападения, позволить разорвать то, что давно и безжалостно в клочья…

Несколько выпитых бокалов виски притупляют боль, расслабляют мышцы и немного приводят в чувства. Бармен то и дело подливает, словно по мановению волшебной палочки или указке больших людей. А мне такая щедрость лишь в плюс, тем более, надо быть глупцом, чтобы не налакаться на халяву.

Для Рината это изощренный способ откупа от меня, для меня безотказное лекарство, что с появлением похмелья потребует расплаты.

– Отдыхаешь?!

Это даже не вопрос, и не утверждение, это якобы внезапный флирт, шитый белыми нитками. Заводить бессмысленные разговоры в мои планы не входит, но мне не особо дают шанс соскочить.

– У меня смена заканчивается через час, – не дожидаясь, пока я отвечу, выдаёт блондинка, лицо которой мне смутно знакомо, но не более того, чтобы стараться вникнуть в её монолог. – Развлечемся? – плюхнувшись на соседний барный стул, она виртуозно продемонстрировав шелестящий квадратик фольги, медленно вкладывает его мне в руку.

– Спасибо, я не интересуюсь одноразовым сексом.

Вернуть презерватив обратно владелице не выходит. Тонкие пальчики ложатся поверх моей ладони, закрыв от посторонних глаз намёк на активное завершение вечера. Тогда как второй рукой медленно скользит с моего колена к паху, массирующим движением вдавливаясь пальцами в бедро. Пуская по телу странное ощущение отторжения навязанной ласки.

– А я предлагаю многоразовый.

А чтобы не быть голословной, она резво соскочив со стула, льнет всем телом ко мне. Продолжает прижимать ладонь к ширинке, то поглаживая, то сжимая, то старательно пытаясь отыскать бегунок на молнии. Носом утыкается в шею, ведёт его кончиком до самого уха, чтобы горячо выдохнуть, страстно простонать, после пошло впиться в мочку зубами.

– Инга! – зову по имени, которое успел прочесть не совсем трезвым взглядом на её бейдже.

– Да-а-а, – мурлычет, как голодная кошка, но во мне не пробуждая аппетит попробовать десерт под названием "секс на одну ночь".

– Я занят.

– Этим? – отстранившись, перехватывает снова наполненный бокал и сощурившись, смотрит поверх моего плеча. – Отдыхай, я позже подойду… вдруг передумаешь.

На самом деле менять своего решения я не думаю, но ворвавшаяся в поле зрения Марта, путает все карты.