– Меня никто не посылал! – выкрикнул я так громко, насколько хватило сил отбитых ударом легких.

– Кричишь зря, – заметил человек с тростью. – Максим, действуй.

Бугай схватил меня за вторую руку. Я дернулся, но таким рывком, я, пожалуй, вывихну себе что-нибудь еще до того, как мое тело спустят с обрыва. Затем меня бесцеремонно подхватили за промежность и приподняли над землей. Никогда не относил себя к категории легкого веса, так что силище бугая оставалось только удивляться. Но продлилось это ощущение недолго, когда я представил, как меня швырнут вниз.

– Это все из-за моей жены! – переборов себя, бросил я, уже безо всякой надежды.

– До твоей жены мне нет никакого дела. Ты не ответил на мой вопрос, поэтому, как говорится, сам виноват…

– Я увидел фото в газете! – орать, повиснув над головой бугая, будучи стиснутым его клешнями, ну очень некомфортно. – Там ваше фото вместе с ней!

– Максим, опусти его! – резко произнес мужчина и я услышал, как его трость цокает по асфальту.

Меня осторожно поставили на землю, предварительно развернув лицом к своему боссу. Я еще раз внимательно посмотрел на него и теперь он показался мне слишком старым для моей дражайшей супруги. Хотя, если прикинуть, сколько у него было денег…

– Надеюсь, ты понимаешь абсурдность своих слов?

– Они не абсурдны, – я аккуратно поправил рубашку и брюки. Последние были прилично испачканы грязью и кровью. – Вы знаете, о каком фото речь. На нем – моя жена, рядом с вами.

Спокойное лицо мужчины с тростью скривилось и тяжелая рука бугая снова легла мне на плечо так, что ноги едва не подкосились под ее тяжестью.

– Возможно, мне стоит просто без вопросов выбросить тебя в море, но что-то в твоем голосе показывает, что ты веришь в правдивость своих слов. У тебя есть доказательства? Хоть что-то, что ты можешь показать мне прямо здесь и сейчас?

Он подошел ко мне вплотную и, хотя его фигура казалась худощавой и слабой, его энергия давила на меня и вжимала в землю не хуже, чем рука бугая на плече. Я сунул руку в карман и вытащил телефон. При этом пальцы слегка дернулись, впившись в ключицу, словно в моих бездонных карманах могло быть еще что-то.

Я пролистал альбом и нашел несколько фотографий, а потом бесцеремонно сунул смартфон под нос своему похитителю. Опираясь одной рукой на трость, свободной ладонью он осторожно взял телефон и пролистал несколько фотографий. Лицо его мрачнело с каждой секундой.

– Мы поговорим у меня, – произнес он, возвращая мне телефон. – Похоже, ты попадешь в клуб Дельфин, как и хотел. Едем.

Автомобиль, что вез нас, оказался лишь переделкой длинного премиального седана, не очень примечательного среди прочих дорогих машин, что мне довелось увидеть за пару дней на улицах приморского города. На этот раз мне позволили сесть в него самостоятельно. Некоторое время мы ехали молча.

– Что ж, – сказал наконец человек с тростью. – Петр Камышин.

Руки он не протянул, поэтому я просто кивнул. Он продолжил.

– Хотя я могу принять и понять твои действия, если смотреть ну очень со стороны – но все же они нанесли мне серьезный ущерб. И материальный, и имиджу. Сам понимаешь, – продолжил объяснять Петр, – в месте, куда могут заплыть опасные люди, капиталы долго не задержатся.

– Конечно, понимаю, но все дело в том… – я попытался оправдаться, потому что начал чувствовать себя немного неудобно.

– Ты не знал. Да. Ты руководствовался иными принципами и не стремился нарочно навредить мне. Я думаю, мы это сможем как-нибудь уладить, – он внимательно посмотрел на меня, словно хотел прочесть мои мысли и от этого мне стало немного не по себе. – Сможем, я уверен. Я верю в твою лояльность.

– Лояльность? – удивленно переспросил я, оторопев от термина, который после всего происходящего ожидал услышать меньше всего. – При чем здесь это?

– Все просто, Виктор, проще, чем ты можешь себе представить. Неужели ты думал, что я не знаю, на чьей яхте ты приплыл? И почему привлек так много внимания? Человек, которому она прежде принадлежала, уже делал мелкие пакости в мой адрес. Поэтому я подумал, ты поймешь, в чем причина всего, что сегодня произошло. Но ты не сдал Арама мне и отсюда я делаю вывод о твоей лояльности.

– Угу, – я кивнул, ощутив, что весь этот спектакль я терпел зря.

– Правда, если раньше это было похоже на некое соревнование, в последние месяцы оно становится скорее колким, чем забавным. Но тебя расспрашивать бесполезно. Здесь ты не сможешь мне помочь.

Он снова замолчал, опершись на небольшую трость. Я обратил внимание на интересное сочетание красного дерева и тяжелой свинцовой головки, которая была выполнена в форме головы медведя: широкая, округлая, без острых элементов, но на вид грозная. Ее вполне можно было бы использовать, как оружие. Заметив мой взгляд, Петр слегка сдвинул пальцы с набалдашника, чтобы я мог получше рассмотреть вещицу.