На первый взгляд все казалось обычным, и как будто ничто не должно было его смущать. Мебель в спальне, гостиной и на кухне была в точности такой, какой люди ожидают ее увидеть в квартире молодого джентльмена, старающегося не отставать от моды. В книжном шкафу стояли тома произведений самых популярных современных поэтов и набор классики. Одежда в шкафу соответствовала самой последней моде.

Не было здесь ничего из ряда вон выходящего. Это-то и настораживало. Ибо Паркер был необычным и весьма непредсказуемым человеком.

Элеонору позабавила реакция Лусинды и Шарлотты на ее рассказ. Подруги уставились на нее в изумлении.

— Короче говоря, — пояснила она, — джентльмены всех клубов сделали вывод, что Сент-Меррик здорово разыграл высшее общество. Они поверили, будто он нанял меня в качестве весьма удобной любовницы.

— Они решили, что ты его любовница, играющая роль его невесты! И что он устроил это для того, чтобы ты постоянно жила в его доме и была всегда под рукой! Как это возмутительно! — воскликнула Лусинда.

Шарлотта нахмурилась:

— Помни, Лусинда, что Элеонора не любовница Сент-Меррика. Это всего лишь слухи, которые распространяются в клубах.

— Да, конечно, — поспешила согласиться Лусинда. Она улыбнулась Элеоноре, то ли извиняясь, то ли испытывая сожаление. — Продолжай, пожалуйста.

— Как я уже говорила, — продолжила рассказ Элеонора, — ставки делают с указанием даты, когда Сент-Меррик покончит с этой мистификацией и выгонит меня на улицу. — Она сделала небольшую паузу, чтобы слушательницы вникли в суть повествования. — Я не вижу причин, почему бы нам не воспользоваться этим и не сделать свои ставки.

В глазах подруг внезапно отразился интерес. На смену ему пришли восхищение и надежда.

— Это будет здорово, — прошептала Шарлотта, опьяненная открывающимися возможностями. — Если Элеонора сумеет убедить Сент-Меррика завершить их контракт в определенный день…

— Я не думаю, что тут может возникнуть какая-нибудь проблема, — заверила подруг Элеонора. — Я уверена, что в этом отношении Сент-Меррик пойдет мне навстречу.

— И мы окажемся единственными, кто будет точно знать эту дату! — задохнулась от восторга Лусинда. — Боже мой, да мы выиграем целое состояние!

— Очень соблазнительно поставить несколько тысяч фунтов, — произнесла Элеонора, — но я не думаю, что это разумно. Большая сумма вызовет подозрение. Нам не нужно, чтобы возникли вопросы по поводу наших ставок.

— В таком случае сколько? — в упор спросила Лусинда.

Поколебавшись немного, Элеонора ответила:

— По-моему, самой безопасной будет ставка в семьсот — восемьсот фунтов. Мне кажется, ставка ниже тысячи не вызовет особых подозрений. А выигрыш мы разделим на троих.

— Это для меня целое состояние, — заявила Лусинда. Она мечтательно посмотрела в потолок. — Это гораздо больше, чем я ожидаю получить по завещанию от миссис Бланчфлауэр. Вообще я начинаю думать, что моя хозяйка меня переживет.

— Но как мы сможем заключить пари? — спросила Шарлотта. — Ни одна леди не может войти ни в один клуб Сент-Джеймс-сквер и зафиксировать ставку в регистрационной книге.

— Я тщательно обдумала этот вопрос, — заметила Элеонора, — и думаю, что мой план сработает.

— Как интересно! — восхитилась Шарлотта.

— Надеюсь, это дело заслуживает того, чтобы его отметить не просто чашкой чаю? — спросила подруг Лусинда.

Она поднялась с дивана, открыла буфет и достала запыленный графин с хересом.

— Минутку! — всполошилась Шарлотта. — А что будет, если мы проиграем пари? Ведь мы не сможем вернуть нашу ставку.

— Ради Бога, Шарлотта, пошевели мозгами! — Лусинда вытащила из графина стеклянную пробку. — Мы можем проиграть, только если Сент-Меррик действительно женится на Элеоноре. Ну и насколько это, по-твоему, вероятно?

Лицо Шарлотты мгновенно просветлело.

— Вероятно? Да это просто немыслимо, чтобы джентльмен с таким богатством и положением женился на компаньонке! Даже не понимаю, что подтолкнуло меня предположить, будто мы можем проиграть!

— Совершенно верно, — подтвердила Элеонора, сдерживая готовые пролиться слезы. Изобразив веселую улыбку, она подняла бокал с хересом: — За наше пари, леди!

Спустя час Элеонора направлялась в дом на Рейн-стрит с таким ощущением, что она идет навстречу своей судьбе. Очень здорово пить за розовое будущее, лишенное финансовых проблем, в котором она будет управлять своей маленькой книжной лавкой, грустно вздохнула она. И разумеется, когда-нибудь, когда высохнут ее слезы, она сможет наслаждаться жизнью, которую сама для себя избрала. Но прежде ей придется преодолеть боль расставания с Артуром.