Марина вообще всех к себе забрала, родителей Игоря, Кристину с Пашей. Ну а что? Не зря же она с утра готовила?! Даша от этого вихря слегка обалдела, а Игорь только хмыкнул:

– Привыкай. У нас всегда так.

Понятно, что он прикалывается, но только что был полный дом, шум и гам, и вдруг они внезапно остались одни. И в этом была великая и ненавязчивая деликатность, убойная и мудрая. Чтобы они могли побыть вдвоем, предоставленные друг другу.

Сначала, конечно, оба приходили в себя, преодолевая невольно смущение, потому что это уже не офис, где они два как суперагента прятались от всего мира, это... Легальная жизнь. Потом вместе прибирались в большой студии, придавая ей первозданный холостяцкий вид.

А Даша осмысливала странную ситуацию. Ее уже приняли в семью, буквально втянули. Всю, с мамой и с ребенком. А ведь они пока о свадьбе и не говорили! Игорь даже ни разу не сказал, что любит ее. Это заставляло Дашу озадаченно хмуриться. Как и то, что сказала его мать.

...Знаешь, у него даже отношений не было, так однодневки...

...Я очень рада, что ты появилась в его жизни...

А в каком качестве она появилась в его жизни?

Он ведь не звал ее замуж.

Нет, Даша была согласна просто жить с ним вдвоем. Просто быть рядом. Но опять всплывали эти проклятые слова Тимура. Про то, что теперь у Игоря клуб, а там будут шикарные телки, не ей чета. Вспомнился ей и закрытый верхний клуб, в котором она однажды побывала, на всю жизнь впечатлений хватит. Голые девицы, борьба эта.

Даша прекрасно видела, как Игоря заводит эта игра. А ведь там наверняка не только смешанные, но и однополые единоборства. Игорь... Она в невольном ужасе закрыла глаза и замерла, стиснув кулаки. Нет! Вот этого она даже в дурном сне не желала представить!

– Ну, что опять себе надумываешь?
– мягкий голос у самого ее уха.

Руки заскользили по плечам, сначала вниз до локтя, чуть надавливая, потом легко вверх, обратно. Легли на плечи, сошлись у самой шеи, рождая волну мурашек, даря ласку.

– Ничего, - прикрыла она глаза и откинулась ему на грудь.

Ничего, все и так хорошо. Ничего не надо менять, пусть просто это случится.

Повернулась в объятиях, чтобы потянуться за поцелуем, а вместо этого натолкнулась на его сосредоточенный взгляд. Даша тут же смешалась и постаралась высвободиться. Не тут-то было. Руки стиснулись вокруг нее стальными клещами.

– Так не пойдет, Даша. Что ты опять себе напридумывала?
– строгий голос.

Похоже, уйти от разговора не удастся.

– Хорошо, - пробормотала она, взмахнула рукой, обводя пространство.
– Как ты себе представляешь, что будет дальше?

Хватка ослабла, но не совсем, а глаза весело блеснули жидкой ртутью.

– Дальше? Шансов нет, Марина уже завтра начнет подготовку к нашей свадьбе. Или ты еще не поняла, что именно это и будет?
– Игорь чуть откинулся назад и смотрел не нее цепко и с интересом.

– Я...
– она сглотнула.
– Но...

– Что НО? Даша?

– Вдруг... это не то, что тебе нужно?
– сбивчиво начала она.
– У тебя будет клуб, а там... Там такие девушки! Вдруг ты потом не захочешь меня, пожалеешь об этом!

Секунду он смотрел на нее оторопело. Брови потихоньку позли вверх, а лицо исказилось.

– Я?
– проговорил, отводя подбородок.
– Я похож на того, кто не хочет?

И в доказательство потерся о нее окаменевшим членом. Даша невольно вздрогнула, приоткрывая рот, это было так бесстыдно и жарко. И мгновенно сорвало все ее потуги держаться отстраненно. Здесь и сейчас она сама уже хотела его как... как...

– Я, между прочим, такой с утра, - укоризненно сказал он.
– Как закрою глаза и подумаю о тебе...

Он действительно прикрыл глаза и приглушенно простонал. Еще одно короткое касание, а потом полетела одежда к чертям. Они раздевали друг друга дрожащими от нетерпения руками, торопились, кто раньше доберется до тела жадными губами. И на этот раз победила она. Пока тот отвлекся застежками ее бюстгальтера, быстро расстегнула ремень и молнию на его джинсах, рывком стянула до бедер и оказалась перед ним на коленях. Он на мгновение замер, пораженный. До этого момента она никогда так сама не делала.

– Даша, ты...

– Да!
– и потянула его на себя.

Не осталось больше изумления и слов, одна страсть. Жаркая, выжигающая нервы, мозги. До крика, до подгибающихся коленей. А потом его очередь была метить ее собой, мстить за своеволие и самоуправство, пока ее мышцы не превратились в переполненное наслаждением дрожащее желе.

– Спать, - только и пробормотал он, рывком утаскивая их обоих на широченный диван и укутывая пледом.

– Ты не сказал, что любишь, - едва слышно выдохнула Даша, уже уплывая за грань сна.