– Кособокого, вообще-то. Я с удовольствием готов выслушать любые твои предложения.

– А че я сразу!? Мне нельзя, я – бог! Мне деньги не нужны, в отличии от тебя.

– Тогда и не торопи. Нужно будет освоиться, погулять, понять чем народ дышит. И вообще, не мешай мне с дамой общаться.

– …, а Авдотья, значит, ему и говорит: "Да я тебя сирого и убогого приняла, отмыла, а ты кобель, этакий, на шею мне сел?". Представляете, отче?

– Да, молодежь нынче трудная пошла. – поддержал я горожанку, – Так и норовит не работать, да чтобы все само с неба падало. И бога совсем не боятся.

– Вот! Верно говорите, отче! – она сделала понимающий вид и покачала головой.

Ну еще бы. В твою-то молодость, конечно же, все иначе было.

– А скажите, уважаемая Аглая, где можно рабу божьему приют временный найти?

– Ой! Да где угодно! – всплеснула она руками, – Это же город приезжих. Вверх от порта первая улица, Прибрежной зовется. Там сплошь и рядом таверны, да гостиницы – на любой кошелек найти можно. Но коли денег у вас немного, могу адресок подсказать. Хозяин набожный, да жену с сыном схоронил; а дом у него, что у купца – здоровенный! Сдает комнатки недорого. А если освящение вне очереди ему проведете – так и вообще, считай, даром поживете.

– Мне подошло бы, – как можно скромнее ответил я. – Люд мы не богатый, а что до службы – это дело богу угодное, благостное.

Аглая быстро описала мне как найти Ярмарочную площадь, рядом с которой и жил вдовец, а заодно посоветовала указать ее имя в качестве рекомендации. Селиться там я, конечно же, пока не собираюсь. Но иметь запасной вариант всегда неплохо. Тем более, что-то мне подсказывает, что встретят меня там с распростертыми объятиями. Местное духовенство, как я понял, охотнее освятит очередную лавку или корабль. Без этого торговать на портовом рынке нельзя. Почему-то вспомнилась всеми любимая в России пожарная инспекция. Правда хрен его знает, как этот обряд проводить, но не думаю что это сложнее, чем помахать кадилом. По городу погуляю, да может где и подсмотрю.

За разговорами время пролетело быстро, а вскоре на горизонте показалась земля. Меня охватило легкое волнение, и я с интересом принялся вглядываться вдаль. Городок был на удивление ровным, словно сама природа в этом месте устроила площадку, а первые горы, как и было обозначено на карте, начинались далеко на горизонте. Видимые с корабля домики не превышали трех этажей, и лишь городская ратуша возвышалась над остальными строениями, словно башня. Да еще неподалеку от нее церковный купол, украшенный вечной "омегой".

Покой и тишина улетучились, едва наш корабль причалил к берегу. Не успели матросы сбросить трап, как к нему слетелись смуглокожие люди, увешанные товаром: от каких-то небольших блестящих побрякушек, и до продуктов – в основном фруктов, половину из которых я так и не смог опознать, да какие-то сладости.

Я натянул капюшон на глаза, перехватил сумку так, чтобы исключить любое проникновение подозрительных лиц внутрь нее и двинул на эту толпу. К моему удивлению, местные цыгане избегали мне что-либо предлагать и даже уступали дорогу. Похоже духовенства они побаивались не на шутку. Но не успел я порадоваться такой отличной новости, как меня огорошил голос Локи:

– Отличная погодка! Сейчас бы искупаться вон в той бухте справа!

Хм… Опять намек? Я огляделся по сторонам и обнаружил вдалеке пятерку бравых молодцов в одинаковой кожаной одежде, укрепленной тонкими металлическими пластинами. Маршировали эти ребятки точно в нашу сторону, придерживая левой рукой болтающиеся ножны. Не думаю, что они мне способны что-либо предъявить, однако черт его знает, какие на материке порядки. Сдается мне, что если бы с этими бродячими монахами было так просто, то уже каждый второй натянул на себя рясу. А документов и, тем более, нужных знаний у меня нет.

Ну его, эти эксперименты! Менты нам не кенты. Я немного пригнулся, и, последовав совету бога, спустился под пирс, а оттуда пошагал по берегу не оборачиваясь. Пожалуй, стоит воспользоваться подвернувшимся случайным знакомством, да проведать этого одинокого домовладельца, а оттуда уже начнем плясать.

Шаг за шагом я отдалился на безопасное расстояние от причала и почувствовал, что попал в свинарник. Город от моря в этом месте отделял высокий каменный забор, а берег был сплошь и рядом усыпан горами различного мусора, который пах совсем не фруктами, а вполне себе такой мертвечинкой. Довелось мне однажды ее понюхать. Когда-то, еще учась в школе, мы случайно наткнулись на труп бомжа в лесополосе, и благоухал он также. Не исключено, конечно, что может это всего лишь дохлая чайка, и я бы с радостью пошел дальше, вот только я был босиком, а без топтания по этой гнилой массе о дальнейшем пути можно было забыть. Ноги за день покрылись ссадинами и кровоподтеками, а я слабо верил в то, что Акакий имел полноценную карту прививок.

Окончательную точку в моих размышлениях поставила лодка у берега, примерно в сотне метров от меня. Лохматые подозрительные мужики что-то быстро выгружали из нее и постоянно озирались по сторонам. Казалось, что они сильно опасаются кого-то. Меня они, естественно, заметили, но пока враждебности не выказывали, однако, вроде как, немного напряглись и периодически недобро зыркали на персону. Пойду-ка я, пожалуй, штурмовать забор.

Я почти на четвереньках одолел крутой подъем, поросший кустарником, несколько раз больно уколол босые ноги, но инстинкт самосохранения оказался сильнее этого. Вскоре я очутился перед оградой. Высотой она была примерно в полтора Акакия, так что, немного помучавшись, мне удалось вскарабкаться на ее верх. Я последний раз окинул взглядом местных контрабандистов, которые бросили свою разгрузку, и удивленно тыкали пальцами в мою сторону. Чего, святой отец не человек что ли? Подумаешь, забор перелез!