Сделала то, о чём когда-то читала в каком-то романе – потёрла пальцами крошечные бусинки мужских сосков, возбуждаясь от низкого хриплого стона парня, его нетерпеливой дрожи.

Дальше моей решимости не хватило, я планировала отступить, но мне не хотелось. Сомнения развеял Дэнис, он сам направил мою ладошку ниже, позволяя почувствовать под тонкой мягкой тканью трусов возбуждённый член.

Я огладила заманчивую упругую плоть, отмечая его форму и длину, и немного сжала, пытаясь обхватить его пальцами, но материя мешалась. И снова Дэн предугадал мои желания, приспустив бельё.

Несмело опустив ладонь, я поразилась тому, насколько нежным и одновременно твёрдым был член.

– Ири! – вскрикнул Дэн, красиво выгибаясь мне навстречу.

Он всем видом демонстрировал своё удовольствие, заводя меня до крайности. Я ещё никогда не чувствовала себя настолько возбуждённой и смелой. Дэнис хотел перехватить инициативу, но я нажала свободной рукой ему на грудь, показывая, что не хочу останавливаться. Почему-то видеть его удовольствие для меня было важнее, чем позволить ему подарить мне своё.

– Ири, я больше не могу, – крупно вздрагивая от каждого моего движения, просипел Дэн.

Испытывая странную смесь гордости и пьянящей власти над мужчиной, я накрыла его губы новым более голодным и несдержанным поцелуем, продолжая двигать рукой в том же темпе.

Дэнис вскрикнул мне прямо в губы. Его тело сильно напряглось и забилось в конвульсиях, заливая мою руку и его живот белёсым вязким семенем.

– Очень возбуждающе, – прошептал мне в ухо Антарион прежде, чем развернул меня к себе, целуя так, как целует только Ройс – жадно, страстно, сладко.

Глава 21. Подкуп

Ирина Кострова

Антарион не давал мне опомниться, снова ввергая в водоворот уже почти болезненной страсти.

– Рион, не спеши. Ири не готова идти до конца, – услышала я встревоженный голос Дэниса, едва пробившийся сквозь туман моего возбуждения.

В ответ Ройс глухо застонал, но не выпустил меня из объятий.

– Я бы смог удержаться. Просто хочу подарить ей наслаждение, не переходя грани, но ты прав – лучше вместе, – обернувшись к Дэну, сказал Антарион.

Смысл этих слов я не понимала, но страх перед неизвестным стал вытеснять удовольствие.

– Не надо, – прошептала я, упираясь руками в мускулистую грудь Ройса.

На моё удивление, Рион послушно отодвинулся, ложась рядом со мной. Он развернул меня на бок лицом к себе, осторожно лаская своими губами мои ключицы.

– Не бойся, Ири. Мы просто будем тебя целовать. Хотим увидеть, как ты сладко кончаешь. Тебе ведь понравилось наблюдать за мной, чувствовать, как сильно я тебя хочу? Мы тоже жаждем услышать твои стоны, – искушающе шептал мне на ухо Дэнис, нежно поглаживая мои груди, отчего они налились странной тяжестью.

Видимо, моего ответа никто и не ждал, потому что греховно сладкие губы Антариона снова лишили меня воли, превращая тело в оголённый нерв.

Шелково-нежные касания Дэна в противовес уверенным напористым ласкам Риона просто сводили с ума. Я даже не заметила, как оказалась обнажённой.

Где-то в глубине души я понимала, что всё это неправильно, я не должна терять себя в постели с двумя мужчинами, но в тот момент доводы разума стали не главными. Внутри всё ныло от странного тянуще-сладкого чувства, тело выгибалось и вздрагивало от прикосновений парней, а ответный огонь, горевший в синих глазах Вилана и янтарных Ройса, лишал желания задумываться о морали, зато делал острее другое, неизведанное до сегодняшнего дня, желание.

– Рион! – вскрикнула я, пытаясь оттолкнуть наглеца, опустившегося со своими поцелуями туда, где я совсем не ожидала почувствовать горячее влажное касание его языка.

– Да, моя Ири, кричи. Хочу слышать, как ты зовёшь меня по имени, – порочно облизываясь, сказал Антарион, возвращаясь к развратным ласкам, несмотря на моё вялое сопротивление.

– Расслабься. Не сопротивляйся этому. Тебе будет хорошо, наша девочка, – шептал Дэнис, упоительно сладко целуя мои груди, разминая их руками, посасывая ставшие чувствительными соски.

Приятных ощущений было так много, что я полностью потеряла себя в них, не думая, не осознавая, просто плавясь в этом остром удовольствии, что дарили мне сразу двое мужчин. Это нарастало во мне волной, в какой-то момент обрушившейся, чтобы утопить меня в искрящемся невыносимом удовольствии. Оно скрутило мои мышцы спазмом, ослепило и оглушило, заставляя кричать, чтобы хоть как-то выплеснуть из себя это напряжение.

– Наша сладкая Ири. Наша девочка, – лихорадочно шептал Антарион, а может и Дэнис, мой мозг отказывался хоть что-то анализировать.