– И все? – кажется, удивилась она.

– А что еще? – пожал я плечами, отчего голова Ани, лежавшая на моей груди, качнулась.

– Ну-у, – протянула она, – колечко какое-нибудь или цепочку.

– Она рабыня, Ань, – вздохнул я. – И этот статус с ней будет до конца жизни, если, конечно, не захочет ради мнимой свободы превратиться в калеку. Всякие кольца, браслеты и ожерелья, скорее всего, будут ей напоминанием об этом.

– Что-то совсем не видно, чтобы она чувствовала себя рабыней, – поджала девушка губки.

– А ты себе рабов как представляешь? – ехидно улыбнулся я. – На стройке в обносках под кнутом надсмотрщика? Или в цепях на помосте на базаре?

– Другие какими-то забитыми выглядят, а эта ну прямо королевой себя здесь чувствует. Аж бесит такое поведение, – призналась она.

– Скажи, что ты просто ревнуешь, – улыбнулся я и потянулся своими губами к рубиновым губкам девушки. Следующие несколько минут мы наслаждались поцелуями, а потом переместились в постель, где перешли к куда более откровенным ласкам. Там же и заснули, насытившись друг другом.

А утром Аня выбрала из болотных находок крупную брошь и заколку для волос, из золота и того странного серебристого металла, дополнительно украшенных мелкими драгоценными камнями. Ощущения от прикосновения к ним я испытывал точно такие же, как от украшений, что вручил вчера своей подружке. Сначала я подумал, что она взяла их для себя, но ошибся.

– Вот, подари их своей эльфийке, – сказала девушка. – Вместе с сережками. И узнай, пожалуйста, заодно, что это за вещи такие. Вдруг она в курсе?

– Хорошо, – кивнул я.

– Хорошо бы, если их купить можно. Вот девочки обрадуются, – добавила она.

Угу, вот оно что. Не столько забота о Лине, сколько подкуп или плата за информацию. Впрочем, мне не сложно подарить и расспросить. Дорого? Так ведь, по сути, для себя стараюсь, ведь какой мужчина откажется наблюдать рядом с собой восхитительную и сексапильную красотку, и пусть даже все отношения сведены только к деловым. Продать подарки Лина не сможет – рабская магия не позволит так хозяйским добром распорядиться. А убрать глубоко в сундук, хм… я искоса посмотрел на Аню, на которой красовался полный комплект вчерашних драгоценных подарков… нет, не уберет, ни одна нормальная женщина никогда не откажется от возможности улучшить свою внешность. А Лина обычная женщина, пусть чуть стервозная, гордая, не сломленная рабством.

Найти Лину удалось не сразу. Вроде бы можно вызвать ее к себе по связи господин-маг, но ни мне, ни ей ощущения при этом не нравились. Не то чтобы больно или неприятно, просто – сильно непривычно, чуждо, оттого и отвращение. А Лине еще неприятнее, когда на ее волю накладывается приказ все бросить и торопиться ко мне. Словно я перехватываю удаленно контроль над ее телом. Магия не всегда срабатывает так, как хотелось бы в этой сфере. Просто вопрос «Ты где, мне нужно поговорить/передать?» формируется в приказ рабу «немедленно следовать к господину, бегом!». Вот потому и не пользуюсь. Даже забываю порой вообще о такой возможности. Я и сейчас-то вспомнил только из-за того, что Анька со своим «рабыня» вытащила из подсознания нюансы владения личными рабами со сложными чарами подчинения.

Пусть самым простым способом я не стал пользоваться, зато рядом крутилась пара мальчишек. Вот их я и отправил на поиски девушки.

Появилась она только через час с лишним.

– Звал? Что-то случилось?

И вот как после этого ей вручить подарки? Она же так смотрит на меня, будто наши статусы прямо противоположны. Не, я немного утрирую, но ее облик очень близок к описанному мной.

– А где пропадала?

– Была в ближней деревне, со старостой договаривалась о провизии и рабочих руках для стройки, – ответила та. – Так что произошло? У меня еще слишком много дел, господин.

Вот не может она в беседе со мной не съязвить. И ведь наловчилась обходить магию, которая должна была наказать ее за желание нагрубить или оскорбить хозяина. Слова-то обычные, но вот тон их…

– Хотел тебе вручить награду за службу, вот и все. И задать пару вопросов.

Кажется, я сумел удивить собеседницу.

– Награду? – искренне удивилась она.

– Да, – я протянул ей коробочку с подобранными подарками, к ним приложил заколку, так как она чуть-чуть не уместилась. – Вот, прошу принять в благодарность за помощь, которую ты мне оказываешь.

Та медленно приняла подарки, открыла коробочку и уставилась на серьги с брошью. Взяла последнюю кончиками пальцев, поднесла поближе к глазам, словно те стали подводить ее, и тут они так широко распахнулись, что сделали Лину похожей на анимешных красоток.

– Не может быть! – воскликнула она и в полном шоке уставилась на меня. – Я не могу взять… а-а-рх…

– Прощаю! – торопливо произнес я, снимая наказание, которое девушка навлекла на себя своим отказом выполнить мое указание. Получается, она в самом деле не хотела брать эти вещи от меня. Интересно, почему – из-за цены последних или негативных последствий от ношения их? Черт, нужно немедленно это прояснить, не хватало еще, чтобы побрякушки навредили Ане.