Немного пришла в себя, уже лежа спиной поперек кровати и всё так же удерживая мужчину за шею. Тело покалывало от легкого возбуждения. Хотело продолжения, но Глеб разорвал поцелуй и просто рассматривал меня. Он лежал сбоку, опираясь на локоть, не давил, но нависал.

— Что?… — голос осип, вопрос вышел совсем тихим, но меня услышали.

— Ты очень красивая…

Поцелуй в краешек губ.

— И пижама у тебя безумно сексуальная.

Симметричный поцелуй с другой стороны.

— Но я хочу её снять…

Поцелуй снова в губы. И вопрос в глазах.

Не отвечая, просто расцепила руки, поладив легонько крепкий затылок, и подняла их за голову. Меня поняли правильно, и майка плавно поползла вверх. Губы мужчины тут же последовали за ней, помечая все открывающиеся новые участки кожи.

Стянув ненужную вещь через голову, Глеб оставил её на моих запястьях, связав руки и удерживая их над головой. Взгляд же плавно потёк вниз. Я его чувствовала, словно кисточку, плавно скользящую по коже, и зарождающую дрожь предвкушения. Попыталась немного сдвинуться и даже прикрыть грудь, которую еще никто так внимательно не рассматривал. Но даже не смогла пошевелить руками.

— Маленькая, а ты вообще спала с кем-нибудь до меня? — Глеб подтянулся выше и остановился на глазах.

— Да, — прокашлялась я, приходя в себя от такого вопроса. — Один раз.

— Давно? — пальцы мужчины поглаживали мои запястья, посылая мурашки вниз по всему телу.

— Года три назад, — прошептала, поскольку голос так и сипел.

— Хорошо… А какой секс тебе нравится?

Странно, Глеб, такой большой и мощный, нависающий надо мной и буквально закрывающий собой всё пространство, сейчас совсем не пугал и не давил. Возбуждал, волновал, согревал, будоражил и притягивал. Даже такие личные вопросы, заданные тихим проникновенным голосом, не смущали; отвечала, не задумываясь.

— Не знаю…

— А три года назад каким занимались?

Посмотрела на Миллера внимательнее…

— Мы спали.

В первое мгновение Глеб просто застыл, смотря мне в глаза и анализируя полученную информацию, потом явно сопоставил свои вопросы и мои ответы, потому что после продолжительной такой паузы, переспросил:

— Спали? — даже кивнул, словно укладывал в голове.

— Спали, — кивнула, подтверждая.

— Риша, ты девственница?

— Да… — чёрт, самой стало стрёмно, что до таких лет не успела ни с кем согрешить… Даже скривилась, будто лимон съела, ожидая реакции мужчины.

Вот как передумает сейчас… и придётся идти Светульке сказку на ночь рассказывать. А если она Серегу к себе уже позвала? Мамочки… Третья-то лишняя…

Фантазия стала подкидывать варианты один веселее другого. Я уже дошла до того, что переночую в бане на диване на втором этаже, когда Глеб отмер.

— Маленькая, а вообще хоть каким-то видом занималась? — да что он завис-то так? И смотрел, как на приведение. Сердце начало частить, гоняя уже не возбуждение, а нервную дрожь.

— Ты о чём? — задергалась сильнее, желая освободить руки, но Миллер не замечал. И держал хоть и нежно, но крепко.

— Минет, кунилингус, петтинг, анал…

— Хватит! — даже вырываться перестала, покраснев, казалось, абсолютно полностью. Тут же почувствовала близкие слёзы. Закрыла глаза, пытаясь переключиться и побороть надвигающуюся мокроту. Тело не просто потряхивало, а знобило.

Божечки, как же мне было стыдно. Какой кошмар.

— Отпусти меня, пожалуйста, — попросила срывающимся голосом, не успевая его контролировать. Втянула воздух через рот, так как нос уже заложило, но получился довольно громкий всхлип. — Глеб, отпусти.

Еще пару мгновений, и истерика меня накроет, как волна. Чёрт! Черт! Черт! Я уже забыла, когда была такой эмоциональной и беззащитной.

Внезапно Глеб словно ожил, почувствовал моё состояние и, рыкнув:

— Хрен я тебя куда отпущу! — впился в губы голодным поцелуем.

Задергалась сильнее, извиваясь всем телом и руками, желая сбежать и просто исчезнуть. Но куда там? Миллер перекатился на спину, увлекая за собой, выпустил мои кисти из плена, но тут же перехватил одной рукой талию, а другой зафиксировал затылок.

Кажется, у кого-то отказали тормоза…

Мои губы просто терзали. Никакой нежности. Завоевание, порабощение, подчинение. Не увернуться, не спастись.

И тут же мысль накрыла: «А хочу ли, сбегать? От Него?» И ответ пришёл чёткий и однозначный.

Нет, не хочу.

Постаралась расслабиться и поддаться. Веря тому, что Глеб, как обещал, не обидит. Да и мужчина, почувствовав, что моё тело обмякло, стал нежнее. Рука на пояснице выписывала какие-то узоры подушечками пальцев, то и дело оглаживая попу в шортиках, но потом убегала вверх по голой спине и уже там что-то чертила и рисовала.