— Где у тебя ванная? Нужно вымыть руки.

Показав, что и где, вернулась на кухню. Часы показывали четыре часа утра, и пусть наступала только суббота, и можно было спать до обеда, уже поскорее хотелось забраться в кроватку. Поэтому, не затягивая, сварила себе кофе и залила чайную пирамидку кипятком.

Сама я чай пила редко, причем, чаще всего в офисе, и, конечно, пакетированный. Потому заваривать целый заварник для себя одной считала совершенно лишним и ненужным. Все эти чайные церемонии меня не затрагивали. В сортах я не разбиралась, а в магазинах ориентировалась то на яркие и необычные упаковки, то на рекламные ролики, иногда на рекомендации родителей или знакомых, а как-то просто очень понравился запах, поэтому выбрала его.

Глеб вернулся из ванной и, присев на стул, подозвал меня ближе, чтобы обработать царапины. Сидя, он почти сравнялся со мной в росте, его макушка расположилась на уровне моих глаз. Отчего безумно захотелось потрогать волосы мужчины, провести рукой вперед и назад, проверить на жесткость и упругость. Буквально заставляла себя стоять прямо и не реагировать. Находиться рядом оказалось очень волнительно. Не смотря на дикую усталость, сердце все равно зачастило, стоило дыханию Глеба коснуться моей кожи на шее. Действовал мужчина быстро и аккуратно, промыл и обеззаразил все поврежденные участки, нанес йод и даже подул, когда я зашипела.

Рука выглядела хуже, на коже помимо черкотин от ногтей во всю цвели синяки от пятерни Кати. Вот что значит нежная кожа с близко расположенными капиллярами. Достаточно и несильного воздействия, чтобы появились гематомы. Хотя, про «несильно» в отношении девушки сказать было нельзя. Там сжимали от души.

— А мазь от синяков есть? — спросил Глеб, поворачивая руку, чтобы рассмотреть со всех сторон.

— Неа. Сделай йодовую сетку. Она тоже хорошо помогает.

— Окей. — моё запястье с энтузиазмом разрисовали клеточками.

От щекотки дернулась и, хмыкнув, пошутила:

— Можно теперь в крестики-нолики играть.

Глеб улыбкой оценил мою шутку.

Освободив стол от аптечных запасов, выставила на него сахар, молоко, любимые зефирки, шоколадку и пряники. Пододвинула Глебу чай, взяв себе кофе.

— Сладкоежка? — оценил мои запасы вкусняшек мужчина.

— 100-процентная! — задрала носик.

Долила в кофе молоко и, разломив зефир на пополам, с удовольствием откусила от выбранной половинки. Мм-м, ты ж моя прелесть!

— А ты любишь сладкое? — интересно, что у нас еще общего, кроме нелюбви к тапкам.

— Шоколад люблю, черный, горький, — сказал и тут же отломил кусочек Глеб. На столе лежало, как раз-таки, озвученное им лакомство.

— Правда? — удивилась.

И получила утвердительный кивок в ответ, плюс улыбку.

— Если ты домоседка, откуда у тебя в клубе недоброжелательницы нарисовались? — переключился мужчина на вопрос, который я ожидала уже минут сорок. Вот же терпеливый. Я столько бы не продержалась. Люблю всё знать.

— Везёт мне на ревнивых дамочек.

— И к кому тебя приревновали, если не секрет?

— Это поклонница Саши. Но, кажется, он об этом даже не догадывался.

— Так вы же с ним только сегодня познакомились, если я не ошибаюсь.

— Ага. Но девушке и этого показалось много. Вот она и решила меня об этом просветить, намереваясь выдрать волосы.

— У нее, к сожалению, получилось причинить тебе боль.

— Это точно. Но я очень надеюсь, что наше в ней непродолжительное знакомство на этом закончилось, и больше мы не пересечемся.

Допив свой чай, Саша забрал из моих рук пустую чашку, которую я неосознанно покручивала при разговоре. Молча, сполоснул посуду, словно делал это в моем доме ни один раз, сгрузил ее в сушилку и вытер руки.

— Пойдем, дверь за мной закроешь. Поздно уже, и ты очень устала. — кивнул в сторону прихожей.

Хлопнула глазами, но поднялась, как просили, и пошла провожать гостя. В груди образовалось приятное тепло, что мужчине не наплевать на моё самочувствие, и он не пытается навязываться и тянуть время.

— А ты уже и переехать успел? — было удивительно и до сих пор нереально осознавать, что мы будем жить не просто рядом, а в одном подъезде.

— Нет, ремонт минимум недель шесть тянуться будет. Там все полностью с ноля делать нужно от пола до потолка. Так что рабочие пошумят.

Это меня не пугало. Не за стенкой же сверлить станут. Переживем.

— Так тебе не просто нужно подняться вверх на три этажа, а еще и ехать куда-то? — только сейчас до меня дошло, что Глебу опять придется садиться за руль. Задрав голову вверх, впилась глазами в глаза. Была у меня привычка переживать по любому поводу. А тут в ночь уставший человек в дорогу собирается. Да и не просто человек, а тот, который понравился так, что сердце сбивается с ритма.