— Не стоит ее расстраивать. В моей семье никто никогда не разводился, к тому же сегодня праздник.

— Адриана, но он же ушел от тебя полгода назад. У тебя была масса времени, чтобы ей сообщить.

Ему вдруг стало ясно еще одно:

— Ты что, до сих пор не говоришь ей о ребенке?

Адриана покачала головой. Билл опустился на стул и уставился на нее:

— Для чего весь этот спектакль? Почему ты все время выгораживаешь своего супруга?

— Я не выгораживаю его, — со слезами на глазах произнесла Адриана. — Я просто не хотела посвящать ее в это. Сначала я не сказала, потому что думала, что он вернется, а теперь мне неловко, да и не хочу лишних разговоров. Они и так вечно меня поучают. Я ей потом скажу.

Адриане трудно было объяснить, как непросто складывались ее взаимоотношения с родственниками.

— И когда ты собираешься им сообщить? Когда у нас родится третий ребенок? Или когда этот вот закончит колледж? Может, надо было бы матери хотя бы намекнуть?

— Что ты хочешь, чтобы я сказала? У нас никогда не было доверительных отношений. Я не желаю говорить с ней об этом.

— Ну скажи просто, что ждешь ребенка.

— Зачем?

Но она сама понимала, что задала глупый вопрос.

— Чего ты ждешь?..

Билл посмотрел ей в глаза, и впервые в сердце Адрианы закрался страх. Во взгляде любимого были не только обида, но и гнев.

— …Ты ждешь, что он вернется, и тогда приличия будут соблюдены?

— Может, так было сначала… а теперь все так ужасно осложнилось. Я даже не знаю, с чего начать объяснения.

— Но в конце концов тебе их придется дать… «Если Стивен не вернется», — подумал Билл, но не сказал, потому что не хотел снова дискутировать с ней на эту тему.

— …Послушай, это же твоя жизнь. Они твои родители. Я просто не понимаю тебя.

— Я себя порой тоже не понимаю, — призналась Адриана; — Извини, Билл. Когда он ушел, все перевернулось с ног на голову. Вначале я просто стеснялась кому-либо говорить, потом стало слишком поздно, а теперь как-то смешно. Знаешь, половина моих сослуживцев до сих пор думают, что я изменила мужу.

Адриана улыбнулась. Билл обнял ее:

— Иногда ты меня доводишь до помешательства, но, наверное, поэтому я тебя люблю.

— И поэтому Гарри любит Хелен, которая была лучшей подругой…

Адриана принялась хохотать. Билл шлепнул ее посудньм полотенцем ниже спины:

— Прекрати! Это становится похожим на библейскую притчу.

— Просто, Билл… из-за меня порой получается ужасный ералаш.

— Рано или поздно все встанет на свои места. Билл в этом не сомневался, но надеялся, что ждать все же придется не очень долго.

Четырехдневный праздничный уик-энд пролетел слишком быстро. Нужно было успеть поговорить очень о многом, особенно теперь, когда мальчики узнали, что Адриана переехала к Биллу и ждет ребенка. Адама это очень волновало, он попросил разрешения потрогать ее живот, чтобы ощутить шевеление, и пришел в восторг, когда действительно несколько раз почувствовал толчки малыша. Видя, что сын устремил на Адриану широко раскрытые глаза, Билл улыбнулся:

— Отчетливо, правда?

Билл сам не переставал удивляться движениям маленького существа.

Много удовольствия доставила всем прогулка по парку. Перед выходом Адриана, как ни старалась, не смогла зашнуровать себе тенниски.

— У меня такое ощущение, будто я перегибаюсь через пляжный мяч, — пошутила она.

— У меня тоже, — шепнул Билл, становясь на колени, чтобы помочь ей. Они по-прежнему занимались любовью, когда только имели время и силы но, по той же причине, что и шнуровка обуви, это становилось достаточно сложным.

— Знаешь, только со мной могло такое приключиться, — рассмеялся он, кончив возиться со шнурками, садясь на пол и глядя на Адриану снизу вверх.

— Что?

— То, что я влюблен в женщину на восьмом месяце беременности.

Адриана хихикнула. Она тоже сознавала юмор сложившейся ситуации. Роман действительно получился весьма необычный.

— Может, ты используешь это в сериале? Гарри бросит Хелен, и она влюбится в кого-нибудь другого? — предложила Адриана веселым тоном, надевая один из своих свитеров.

— Кто же в такое поверит? — ухмыльнулся Билл, и они отправились в Пенманский парк, где вместе играли в мяч.

На следующий день мальчики улетели в Нью-Йорк, и в доме снова воцарилась тишина, успевшая стать, непривычной. До рождественских праздников оставался месяц, а дел было невпроворот — как в редакции «Новостей», так и в сериале. Кроме того, Адриана пыталась подготовить детскую — каждый день между шестичасовым и последним выпусками «Новостей» она шила занавесочки для кроватки или прикидывала, как повесить шторы на окнах.