А я получил желанную паузу и смог мельком осмотреться.

Мой фантом суматошно скакал возле метателя гранат, пытаясь навязать ему бой на сверхближней дистанции. Наёмник увяз в противостоянии, безуспешно пытаясь уйти прыжком, но две длинные антрацитовые цепи из крупных ромбических звеньев сбивали его хлёсткими ударами, обвивали конечности и не давали уйти. Бедолага чувствовал себя так, словно сражается с осьминогом — цепи хлестали со всех сторон, а фантом уверенно подтягивал к себе и мутузил врукопашную.

Минус один.

Боевая тройка "варягов", облачённых в точно такие же разведкомбезы и куртки, уверенно вальсировала вокруг двоих наёмников, что изначально должны были не дать мне уйти — парни воспользовались школьной заготовкой из курса обучения драгун. А мне впервые довелось увидеть в действии "хоровод" — все трое непрерывно смещались по кругу по разным траекториям, на первый взгляд хаотично сменяя направление движения. И непрерывно бомбардировали противников слабыми руническими "техниками", направляя их скупыми и отточенными взмахами тяжёлых шпаг, или расстреливали из револьверов. Но в этом кружении чувствовался некий расчёт и тщательно замаскированный замысел. Парни умело прикрывали друг друга от контратак противников, всё сильнее закручивая вокруг них смертоносную карусель.

Один из наёмников уже получил глубокую рубленую рану и сгорбился, прикрывая раненый бок ладонью. Сочившаяся из-под неё кровь уже капала на мостовую.

Минус три. А если сделать всё правильно, то…

Бой получится закончить уже сейчас.

— На колени! — рявкнул я, усиливая крик волной яки и вибрирующим ультразвуком "Гласа Демонов". — Немедленно! Ослушание — смерть!

— Пять выстрелов, Лео, — тихо шепнула ожившая гарнитура. Голос Алексы слегка дрожал от напряжения. — Он вот-вот вырвется… Четыре выстрела…

— Три секунды на принятие решения! — усилив давление яки, я шагнул в сторону сбавившего темп "хоровода". Фантом также слегка ослабил давление на своего противника. — Две… Одна…

А переулке воцарилась тишина, которую едва слышно нарушало тяжёлое дыхание. Бой прервался. Но мог возобновиться вновь в любое мгновение.

Пауза затягивалась.

— Ваш ответ?

— Мы сдаёмся Хан! — наконец-то произнёс Учитель за моей спиной. — Звено! Сложить оружие!

Дисциплина и нежелание умирать взяли верх — бойцы разведзвена подчинились командиру практически сразу и начали разоружение. Повернувшись к их командиру, я склонил голову на бок, внимательно рассматривая его сосредоточенное лицо, частично сокрытое небрежно намотанным шарфом. Наёмник продолжал удерживать "щит ветра" и только глаза выдавали его крайнюю степень концентрации.

— Снимай защиту, Кононов. Это не привычная тебе "Паутина Света", — сказал я, пальцем указывая на светящиеся жгучие линии шестиконечной звезды, — Тебя не порежет на части. Только если захочу. Но ты больше интересен живым. Цени это. Окажи доверие.

Командир звена метнул в мою сторону задумчивый взгляд. Сложив руки на груди, я как можно более насмешливо сощурился в ответ. Но он проглотил мою насмешку и молча кивнул. Мембрана "щита" дрогнула, замерцала и бесследно растаяла.

А "Сеть Хоори" практически сразу сократилась, надёжно опутывая Одарённого с ног до головы. Наёмник покачнулся и, потеряв равновесие, неловко упал на бок. Его люди ощутимо напряглись.

— Не стоит сомневаться в слове аристократа, — глухо проворчал Хельги, проворно прохлопывая торс одного из пленников и сопроводил поучительную фразу мощным ударом кулака. Прямиком в кровоточащую рану на боку. — Хан дал слово. Сомневаясь в его чести, вы вновь подписываете себе приговор. Это последнее предупреждение!

Остальные наёмники переглянулись и предпочли промолчать. Стоявшие возле них братья Харальдсоны довольно скалились, небрежно поигрывая шпагами и поглаживая рукоятки револьверов, торчащих из-за поясов.

— "Техно", что там у тебя? — поинтересовался я, приложив руку к уху с гарнитурой и присаживаясь на корточки рядом с пленённым Учителем. Вытащив из кармана стандартный армейский инъектор, я успокаивающе улыбнулся наёмнику и вкатил ему "лошадиную" блокиратора.

Бережёного боги берегут особенно тщательно.

— Трёхсотый. Брыкался до последнего, мы половину чердака разнесли, пока его угомонили. — раздражённо прорычал Калашников. — Савве досталось. В отключке валяется. Опухоль на половину лица будет.

— Я вас предупреждал. С "каменщиками" всегда непросто. Транспорт обеспечили?

— Уже подъезжает. Кстати, за что ты так с Лёхой?

— Никаких имён в эфире, — отрезал я, — Интимных подробностей взаимоотношений тем более. Грузите тела и к нам. Конец связи.

Взглянув в мутнеющие глаза пленного, я вновь улыбнулся:

— Тебя что-то гложет. Спрашивай.

— Почему… — прошептал наёмник в ответ и закашлялся, — …ты нас не убил?

Мой ответный шёпот достиг его ушей и заставил содрогнуться: