Крики смолкли, Фриссон отошел в сторону — надо сказать, довольно охотно, и его место занял брат Игнатий.
— А теперь, — он простер руки, — пусть вперед выйдут те, кто некрепок телом, но крепок душою!
Люди расступились, давая дорогу больным бывшим ведьмам. Они доплелись до священника и упали на колени.
— Я выслушаю все ваши прегрешения и отпущу вам грехи, — сказал монах. — Потому что боюсь, что некоторые из вас могут умереть, не исповедовавшись. Но теперь мы должны исцелить ваши тела, чтобы ваша боль утихла. Господин Савл, выйди вперед!
— Что? Я? Зачем? — заупрямился я.
— Как зачем? Чтобы исцелить их, конечно!
— А? Ну... да. Фриссон, пошли!
Я вышел вперед, и бывшие ведьмы радостно закричали, после чего принялись скандировать:
