Насчет монеты решил, что паниковать пока рано — достаточно просто запретить Ло о ней рассказывать. Ослушаться она не сумеет, так что, можно сказать, тайна соблюдена. И даже по поводу Макса я придумал для слуг правдоподобное объяснение — мол, экспериментирую с управляющим кристаллом, поэтому с домом всякое может быть.

Ло после этого поинтересовалась, а надо ли нам в таком случае нанимать дополнительных работников и охрану, если дом будет и пыль сам вытирать, и ремонт проводить, и с уборкой справляться, и за сохранностью периметра присматривать?

Я тогда подумал и решил: и действительно — зачем лишние траты? Тем более что новые люди в окружении еще больше повышали риск спалиться на мелочах.

В итоге от охранников и новых слуг было решено отказаться. Но даже это не улучшило моего настроения: я слишком мало продвинулся в изучении книг, которые получил от магистра Ноя. Пусть у меня было всего несколько ринов в день на эту работу, но такими темпами я еще год буду топтаться на месте, а личина Таора, похоже, скоро затрещит по всем швам. Так что надо бы ускорить процесс. Или же вживаться в матрицу полностью, чего мне, откровенно говоря, не хотелось.

К тому же я все еще не нашел способ безопасно привязать к себе тагор, что несколько оправдывало неспешность в вопросе поиска других перемычек между мирами. Не принял никакого решения в отношении Реза. Не отследил, куда перенесли вещи из тайника Олерона Аввима. Плюс очень скоро мне надо будет рассказать о себе что-то правдоподобное Шарану. А я на эту тему еще даже не задумывался.

Ну и в довершение всего, назрела серьезная проблема с Лорной, за которой охотились наемные убийцы. И хотя первую группу удалось аккуратно ликвидировать, вскоре надо было ждать других. Если они появятся, то мне придется или перебить их всех, или же не париться и отдать им девчонку в надежде, что мне простят убийство трех команд охотников за головами и вот так просто оставят в покое.

Пока я размышлял, Ло, как специально, крутилась рядом. Тину в гостиную не пустила. Сама накрыла на стол, сама меняла блюда на моей тарелке, сама прислуживала и убирала посуду.

Сегодня она почему-то надела белое кимоно вместо традиционного черного, поэтому за нее постоянно цеплялся взгляд. То за шуршащие, красиво облегающие ноги шаровары, из-под которых выглядывали кончики таких же белых носочков. То за длинный пояс, концы которого покачивались где-то в районе крутых бедер. То за слегка разошедшийся ворот, из-под которого проглядывала полоска смуглой кожи…

— Господин? — настороженно спросила девушка, заметив, что я перестал жевать. — Что-то не так?

Я машинально втянул ноздрями воздух и, почувствовав легкий травяной запах, смешанный с ароматами чистого тела и душистого мыла с какими-то восточными пряностями, мотнул головой и снова уткнулся носом в тарелку. А Ло, постояв в ожидании ответа и так его не получив, снова занялась своими делами.

Черт.

Что-то я не о том задумался. А еще очень некстати вспомнил, как соблазнительно выглядит Ло без одежды и как эффектно смотрится ее обнаженная кожа, по которой стекают капельки воды.

Мне, если честно, этого не хватало. И женского внимания не хватало тем более. Но если поначалу у меня даже вариантов не было, да и личины не способствовали плотским утехам, то сейчас, когда я вспомнил, как оно бывает, стало до крайности сложно выкинуть из головы будоражащие воображение картинки. И еще сложнее было избавиться от воспоминаний, в которых Ло представала далеко не такой строгой и чопорной, как сейчас.

Дзынь!

Я замер, обнаружив, что от расстройства случайно перекусил вилку зубами, и теперь у меня изо рта торчит обломанный черенок.

Правда, буквально за миг до того, как Лорна обернулась на шум, у меня хватило ума бросить обломок на пол. Типа, уронил. Неизменно приглядывающий за мной Изя молниеносно проколол барьер и утянул испорченный столовый прибор на изнанку, где тут же его и сожрал. А вездесущий Макс ловко подбросил вместо него новую вилку. Так что, когда Ло опустила взгляд, на полу уже не было ничего криминального. Только я сидел дурак-дураком, чувствуя, как шипит и пузырится на языке стремительно плавящийся металл. И не смел даже челюстью лишний раз шевельнуть, чтобы не размолоть ими дурацкую железку с хрустом, который было бы сложно объяснить постороннему человеку.

Решив больше не испытывать судьбу, я под удивленным взглядом управляющей встал и ушел наверх, проклиная про себя Таора и его сексуальные игры, от одного воспоминания о которых у меня чешуйки на загривке вставали дыбом.

Но Лорну я отпустил сам. Благородство, понимаете ли, взыграло. А теперь был вынужден снимать напряжение в душе, одновременно жалея, что сглупил, и испытывая какое-то мрачное удовлетворение от мысли, что не поддался соблазну. Не уверен, правда, что тут не вмешалась какая-нибудь из моих матриц, но то, что происходило с Ло, лично я был склонен расценивать, как магически одобренное насилие. А насилие с моей точки зрения — это, в первую очередь, проявление слабости. Это значит, что я не мужик, раз не смог уговорить ее по-другому. А чтобы поступать с Лорной так, как поступал в свое время Таор, надо было совсем себя не уважать.