Входная дверь в блок распахнулась, и я невольно обернулся на вошедшего. Точнее, вошедшую. Полненькая светловолосая девушка, чуть старше меня, по типажу похожая на этакую скандинавскую деревенскую девчонку – ядреную, курносую, веснушчатую. Только толстой косы не хватает да белой льняной рубахи с фартуком.

– Фрост? – замерла она на пороге.

Я поначалу опешил, но потом, наконец, узнал её.

– Венди? Венди Ларсон?

Она училась в нашем интернате. На два или три года старше меня… Нет, точно, на два – помню ее на позапрошлогоднем Аттестационном дне. Ей жутко не повезло на экзаменах, да и вообще училась она весьма средненько. При активации социального рейтинга единственная из всего класса получила С-6. Её, конечно, пытались подбодрить, но некоторые, наоборот, улюлюкали и свистели, потешаясь. Ну, это как всегда.

Помню, как потом наткнулся на нее, когда она плакала под лестницей. На выпускную вечеринку она не пошла, хотя уже нарядилась. Платье у нее было какое-то дурацкое – пышное, как у куклы, так что при ее фигуре делало ее похожей на торт.

Мы с ней не особо общались до этого, но в тот раз весь вечер просидели там, под лестницей. Я на вечеринку тоже не рвался, а бросить ее одну было бы совсем уж свинством. Собеседник из меня хреновый, зато она болтала, не затыкаясь, я уже толком и не помню, о чем.

За эти пару лет она изрядно похудела. Ну, или просто повзрослела. Лицо осунулось, видимо, от усталости, веснушки то ли вывела, то ли просто замазала косметикой.

– Фрост! – она бросилась ко мне через весь коридор и повисла на шее. Я немного откинулся назад, чтобы не потерять равновесие, и неловко приобнял ее.

Одета она была в мешковатый рабочий комбинезон, пахнущий тиной и немного влажный на рукавах. Похоже, работает где-то у моря. Может, в порту или на водорослевой ферме.

– Привет, – смущенно отозвался я. – А ты… как тут?

Она тоже смутилась и, отстранившись, искоса взглянула на наблюдающих за нами Родригесов. Честно говоря, эта ее вспышка радости и обнимашки выглядели немного по-дурацки. Еще б целоваться полезла, ей-богу. Мы давным-давно не виделись, да и раньше-то не были особо близки. Наверное, она просто обрадовалась знакомому лицу.

– Да я вот… Живу тут. Первое время. Не очень везло с работой. Но потихоньку накопила на обучение, сейчас получила сертификат техника-оператора, работаю на первичной обработке ламинарии. Получила С-4. Вот подумываю перебираться в седьмой округ. К работе поближе. А ты-то как здесь оказался?

Ответить я не успел.

– Венди, не покидай нас! – шутливо взмолился худющий Диас. – Я все еще не теряю надежды, что у нас с тобой что-нибудь получится…

– Венди, может, сгоняешь за пивом? – перебил его Рико. – Я в понедельник отдам, с зарплаты.

– Попозже, ребят. Я жутко устала, надо помыться, переодеться…

Оказалось, что ее комната – дальше по коридору, как раз следующая за моей. Открывая двери, Венди напоследок обернулась, ловя мой взгляд.

– Фрост, ты это… Заходи. Поболтаем. Расскажешь, что да как.

Младшие Родригесы продолжали подслушивать, и при этих словах многозначительно загудели, пихая друг друга локтями. Я даже оборачиваться к ним не стал. Поднес, наконец, запястье с идентификационным чипом к замку и открыл двери в свою комнату.

Ну, что ж. Дом, милый дом…

Крошечные размеры комнаты на меня поначалу произвели удручающее впечатление. Десять-двенадцать квадратных метров, не больше. Еще и окон нет. И из-за этой конуры Рико еще скандал устроил?

Впрочем, в интернате у меня и этого не было. Спали мы в общем комнате, похожей на казарму с длинными рядами двухъярусных кроватей.

Разобравшись с центральным пультом, включил свет. Видео-обои на дальней стене показывали панораму морской бухты – видимо, прежний жилец поставил. Я не стал менять.

Исследовал немудреную обстановку. Слева у стены – вместительный диван-трансформер, занимающий чуть ли не треть комнаты. Механизмы его поскрипывают и заедают, но худо-бедно работают – можно разложить его в горизонтальную плоскость или приподнимать края независимо друг от друга. В углу справа от двери – небольшой холодильник, пара шкафчиков под шмотки и небольшое кресло-мешок с памятью формы. Там же обнаружился и откидной столик, который можно было, когда не нужен, убирать к стене.

И, собственно, все. На полу – какое-то упругое, похожее на резину покрытие. Потолок белый, матовый, светящийся по всей поверхности. В верхней части одной из стен – несколько вентиляционных отверстий с приклеенными поверх них тонкими полосками не то бумаги, не то целлофана, вяло трепещущие под воздушными струями. К видеоообоям на дальней от двери стене можно было подключить смартком.

Я бросил сумку с вещами у стены, придал дивану более-менее удобную форму, позволяющую полулежать лицом к стене-экрану, и завалился на него прямо в обуви. Тренькнул сигнал смарткома – пришло какое-то сообщение. Я, чуть повозившись, вывел его на большой экран.