– Сегодня, — голос графа прервал мои размышления. — у вас не будет больше занятий. У каждого из вас есть сутки, чтобы принять решение. Завтра в девять утра в эту же аудиторию придут только те из вас, кто согласен.

Граф подошел к двери, оглянулся, на миг мне показалось, что его взгляд стал неуверенным, но скорее всего и правда просто показалось. Прежде чем выйти из аудитории, Габриель Мустьель произнес только одно слово:

– Думайте.

Дверь за графом Рунарским закрылась едва слышно, но даже этот почти незаметный звук ударил по ушам, словно выстрел из пушки. Только после его “думайте” я полноценно осознал, что озвученное Габриэлем Мустьель предложение — не шутка и не розыгрыш. Видимо, то же самое почувствовали и остальные студенты. По крайней мере выражение их лиц было, мягко говоря, растерянным, даже у Майи.

Тряхнул головой, прогоняя наваждение, обвел взглядом застывшие в задумчивости лица и произнес:

– Обсудим?

– Пф-ф-ф-ф-ф…

Скопировав даже интонации, ответила любимым звуком Крикса на мой вопрос Майя, поднялась из-за парты и… “Ре-е-е-е-е-йг!!!” — Резануло за гранью обычного восприятия по моим ушам.

– А-а-а-а?!! — Растерянно произнес Кристиан Риццо, недоуменно разглядывая опустевшую парту, за которой мгновение назад сидела девушка-рыцарь, а сейчас было пусто.

– З-а-а-а-в-и-и-сть!!! — Хлопнула в ладоши Клэр, её глаза заискрились. — Хотела бы я так уметь! Что-то не понравилось? Неудобная ситуация? Не хочешь отвечать на чей-то вопрос? Хоп! — Новый хлопок ладошек. — И свалила! З-а-а-а-в-и-и-сть!!! — Покачала она головой, но скорее восторженно. — Я теперь её фанатка!

– А?! Свалила? — Переспросил Кристиан, но потом, видимо, вспомнил способности рейгов и кивнул сам себе. — Ушла в смысле? — Парень беспомощно оглядел аудиторию, но Майю, разумеется, не увидел.

– Наверное. — Пожимаю плечами на его вопрос.

Почему просто пожимаю? Потому как сказать “Да, свалила” или” Да, ушла” не могу, так как это будет ложью. Но, тем более не могу и выкрикнуть, тыкая пальцем: “Не, вон она стоит, позади тебя!”, потому как, хотя это и будет правдой, но раскроет меня как рейга. Майя поступила хитро, перейдя в Излом и скрывшись от взоров обычных людей, она на самом деле не покинула аудиторию, а осталась. Нет. Определенно. В статусе открытого рейга есть свои несомненные плюсы, жирные такие плюсы.

– Я тоже пойду. — Не сводя взгляда с пустой парты Майи, произнес Ян.

Сказав это, молодой скандинав поднялся, резко кивнул головой, прощаясь, и, так как был обычным человеком, просто вышел из аудитории. Через дверь.

– Я это… — Немного помявшись, словно стесняясь того, как звучит его голос, скорее не сказал, а громко прошептал Майкл Щегай. — Я бы тоже хотел подумать один. — Заозирался беспомощно, затем пискнул. — Извините. — И выбежал из аудитории следом за Яном.

– Не… Ну это финиш! — Как только за Майклом закрылась дверь, выкрикнул Кристиан и ударил в сердцах по столу открытой ладонью. Копна его непослушных черных как уголь волос задрожала, выдавая сильнейшее раздражение юноши. Затем он перевел взгляд на меня и Клэр. — Вы тоже сваливаете?

– Зачем? — Вскочив на ноги, переспросила Клэр.

Тут же достала из кармана леденец, аналог знакомого мне чупа-чупса, быстрым, уверенным, словно навечно въевшимся в рефлексы жестом одним движением сорвала со сладости обертку, что, как я знаю, сделать далеко не так просто, как кажется, и, запихнув конфету в рот, присела на край столешницы.

– Я не против и поболтать. — Катая леденец по языку, разглядывая потолок, произнесла девушка. Затем перевела взгляд на Кристиана. — Начинай.

– Что? — Не понял её слов парень.

– Ну… Ты же хотел поговорить?

– Да.

– Вот и говори. — Усмешка девушки с чупа-чупсом во рту показалась какой-то особенно ядовитой.

– Так, я это… — Растерялся Кристиан, но все же взял себя в руки.

Я ожидал, что он спросит что-то вроде: “Кто, что думает по поводу предложения графа Рунарского?” Но услышал совсем иное:

– Сэр Габриэль упомянул, что ты, — он указал пальцем на девушку, — ты, - на меня, — а затем махнул рукой в сторону пустого места Майи, — и леди входили в четверку лучших по тестам.

– Ага. — Кивнула ему Клэр, по-детски тряхнув хвостиками.

– У меня вопрос, а где тогда четвертый? Я имею ввиду четвертый из лучших, почему его не было здесь?

– Ты о Николасе? — Уточнила девчонка, и я насторожился. Они были знакомы? — Он был не четвертым, а первым. У его родителей возникли проблемы в бизнесе, и они переехали куда-то в Азию.

Все верно, такова была официальная версия отсутствия Николаса в университете. О том, что он на самом деле погиб, знали всего трое, включая меня.