– Ха, молодец, – улыбнулся я. – Садись, пять.

Магазин подарил нам ружьё двенадцатого калибра и ещё одно с оптическим прицелом. Хрен их знает, что за железки, но на обоих ценниках было написано “Сайга”. У обоих патроны доставлялись через магазин, что вполне удобно. Один большой минус: громко.

Подумав, я прихватил дробовик, то есть Сайгу, под охотничий патрон. На пояс повесил ремень со специальными ячейками. В него напихал патронов с картечью. Зарядил пять магазинов и закинул это добро в рюкзак. Оружие навесил на Лену, чтобы мне не мешало.

Дальнейшее путешествие по мёртвому городу происходило в штатном режиме. Один раз пришлось прятаться. Кто-то, или что-то побеспокоило Прапора. Вначале мы услышали визг, а спустя мгновение ему ответили глотки мертвецов. Когда они появились на дороге, нам пришлось немного побегать. Но происходило всё далеко, даже не знаю, среагировали они на нас или нет. Проверять и рисковать желания не было. Пересидели несколько минут в каком-то магазине одежды, в полуподвальном помещении, а потом пошли своей дорогой.

Ну как так-то?

Ближе к вечеру мы ещё раз услышали визги Прапора. Но на этот раз всё происходило вдалеке. Мы просто замерли ненадолго, чтобы не попасть под волну.

– Видимо, твой Прапорщик со всей Москвы мертвецов собирает, – внезапно сделала из чего-то вывод Лена.

– Это понятно, на всю вашу "не резиновую" у неё дыхалки не хватит, – ответил я.

– Да нет же, я не об этом, – продолжила она, постоянно во что-то всматриваясь. – Посмотри, вон там баба стоит. Ей как будто пофигу на эти визги.

Я посмотрел туда, куда указала Лена. Там действительно кто-то стоял и никак не реагировал на крик Прапора. Я стал присматриваться. Силуэт начал плыть, а через мгновение я таки увидел мертвяка, но это был мужик.

– Там же дядька стоит, – покосился я на свою спутницу. – Ну-ка посмотри на меня, может ты слепнуть начала? На спину мне потом кидаться начнёшь ещё.

– Может это ты ослеп?! – внезапно резко ответила Лена. – Задрал ты своими шуточками!

– Эй-эй, чудо с сиськами, – выставил я руки вперёд. – Полегче на поворотах – заносит.

– Дебил, – обиделась та и уставилась на бомжа, который так и продолжал стоять вдалеке.

Мой взгляд эта фигура тоже почему-то притягивала. Он как будто постоянно плыл, так бывает, когда разогревается асфальт в солнечный летний день. Смотришь на двойную сплошную, а её изображение всё плывёт и вибрирует. Вот и этот так.

Нос услышал противный запах, который донесло порывом ветра со стороны этого чуда. И неприятный такой, словно кто-то воздух испортил.

– Смотри, эта сука на меня похожа, – повернула ко мне удивлённые глаза моя спутница. – Она меня бесит.

– Да завали ты её, и дело в сторону, – отмахнулся я.

У Лены тут же загорелись глаза, она скинула с плеча Сайгу и не очень умело приложила её к плечу. Я подправил свой автомат так, чтобы успеть её подстраховать. В том, что сейчас должно было произойти шоу, я был уверен. Даже появилось желание телефон достать. Но то, что случилось дальше, даже Ванга бы не предсказала.

Из подворотни в нашу сторону метнулась человеческая фигура. Я едва успел остановить палец, чтобы не пришить придурка. В том, что это нормальный, я убедился по его крику: “Не стреляй, дура!”. Палец Лены уже начал тянуть за спусковой крючок, когда парнишка с разбегу сунул ей кулаком в челюсть.

Моя подруга кубарем полетела на асфальт, а чудик в камуфляже замер на месте. Ну а я стоял и еле смех сдерживал. Хотя нет, уже не мог.

Картина маслом: Лена валяется в отключке, рядом Сайга. Передо мной стоит молоденький парень с испуганными глазами. А я ржу, как дятел, и пытаюсь держать новенького на прицеле.

– Не стреляй, ладно? – осторожно поднял руки тот. – Я нормальный. Ну и за девушку свою извини.

– Ой, мля-а-а, – вытер я слёзы. – Да вижу я, что ты нормальный. И она мне не “моя девушка”.

– Всё равно извини, – ещё раз повинился он. – Меня Саня звать.

– Серёга, – кивнул я в ответ. – Можно просто Кузов, так даже привычнее. А ты ей в соску-то дал?

– Да блин, это чмо, в которого она целилась, его если убить, он в пыль разлетается. Вонища такая, что кроме как блевать, больше ничего не сможешь. И все мертвецы в округе сюда сбегутся, – начал объясняться Санёк. – Почти так же, как и баба та работает, бешеная которая.

– А, я её “Прапор” называю, – догадался я, о ком он.