Главное, чтобы у него не было ножа или пистолета или кастета…

Я немного напрягся, отставляя назад одну ногу и готовясь бить и сразу бежать, едва руки лукового совершат хотя бы намек на опасный для меня маневр — за спину там полезет или под полу рубахи…

— Да брось. — легко махнул рукой луковый. — Я тоже не люблю этих стражников на самом деле, терплю только потому что выбора нет. А тут смотрю — стоит человек, не по-нашему одет, глаза в кучку, явно же приезжий… Да еще и то ли ограбили, то ли опоили — стоит, качается, мычит, двух слов связать не может.

— Я просто растерялся. — попытался оправдаться я.

— Да брось, говорю же. — луковый снова махнул рукой. — Любой бы растерялся на твоем месте, если бы вот так стража за жабры взяла. Сам откуда?

— Издалека. — снова почти не соврал я.

— Насколько? Тарант? Висла? Или вообще из-за моря? — сощурился луковый.

— Да, оттуда. — на сей раз соврал я.

— Больно хорошо по-нашему болтаешь для заморского. — хохотнул луковый. — Больше никому так не говори, не поверят ни в жизнь. Ладно, я в чужие жизни не лезу, раз ты здесь, значит есть зачем. От чего ты бежишь, не мое дело, чем смог, я тебе помог.

— С… Спасибо. — снова промямлил я, все никак не понимая, к чему он клонит.

— А что на самом деле случилось? — не замолкал луковый. — У тебя ни лошади ни тем более паровика, даже сумки нет, тебя ограбили?

— Э-э-э… Да. — снова соврал я. — У меня ничего нет.

— И родственников или знакомых рядом нет, никто не поможет?

Эх, родственники… Никого у меня нет. Нигде. Все уже либо в могиле, либо, как моя мать, исчели сразу после моего рождения и я никогда их не видел.

— Никого. — хрипло подтвердил я.

— Ладно, не печалься. — луковый сочувственно положил руку мне на плечо. — Чем смогу, помогу. Пойдем для начала ко мне, я тебя хоть накормлю. А то когда ты ел вообще в последний раз?

Желудок в ответ на вопрос подсказал что ел я непростительно давно.

— Пойдем. — ухмыльнулся луковый. — Как раз время обеда, а от нас с женой не убудет с лишней порции.

Зря я все-таки о нем так думал. Отличный парень оказался, а что выглядит как отрицательный персонаж в рисовке Диснея, и что луком пахнет так, что, кажется, из одного только запаха можно луковый суп готовить, так это мелочи. Может, у них тут вообще это нормой считается? Может, у них тут принято луком завтракать?

Луковый повел меня какими-то переулками и минут через пять вывел на противоположный конец поселения — прямо под высоченную стену, что я видел раньше. Крайние дома и основание стены разделяло метров сорок свободного пространства, посыпанного мелким песком — ни дать ни взять контрольн-следовая полоса! Серьезно они тут подошли к вопросу безопасности — просто так в город явно не проникнуть!

— Это что? — спросил я, кивая на стену.

— Стена. — ухмыльнулся луковый.

— А за ней что? — не сдавался я.

— Город. — ухмылка стала еще шире.

— Как называется?

— Девоншир. — моментально поскучнел луковый. — Столица королевства.

— А мы сейчас где?

— А мы в нижнем Девоншире. Это пригород. Тут живут такие, как я — простые трудяги и фермеры, каменотесы.

— Не видел тут особо ни ферм, ни каменоломен.

— Ничего, еще увидишь. — хихикнул луковый.

— А как попасть в город?

— А через ворота. — луковый махнул рукой куда-то вдаль. Присмотревшись, я увидел вдалеке вереницу людей и телег, что входили в город. — Только если ты не понравишься стража, а ты точно не понравишься страже, они тебя мало того, что не пустят, так еще и в караулке промурыжат день-другой, пытаясь установить личность. Тебе же этого не надо?

Я помотал головой.

— Так я и думал. — кивнул луковый. — Если тебе надо в город, то что-нибудь придумаем. На край я тебя с товаром проведу, как грузчика.

— А что у тебя за товар?

— Всякие камни. — ответил луковый. — Мы, кстати, пришли.

Он толкнул маленькую незаметную дверь в темном переулке и исчез за ней.

— Тебя как зовут-то? — спросил я, не торопясь заходить в незнакомое помещение.

— Боджер! — раздалось изнутри. — Заходи давай!

Вместе с голосом лукового из двери потянуло наваристым бульоном, да так сильно, что желудок взял на себя управление моими ногами и заставил их войти.

Никаких врагов, поджидающих меня с ножами и дубинками, внутри, конечно, не было. Была простая, но чистая и ухоженная квартирка, состоящая кухни и одной комнаты — это все, что было видно от входа. Стены были гладко оштукатурены, деревянный потолок в двух местах подпирали деревянные же балки. В кухне на колченогой металлической печке, что старательно пережевывала огненными зубами черные куски угля, звенел крышкой огромный чугунок. Рядом с печкой стояла дородная мадам в заляпанном жирными пятнами фартуке и с выражением максимальной сосредоточенности на добром морщинистом лице дула в большую деревянную ложку с пробой варева. Добившись оптимальной температуры, она попробовала свое творение, довольно улыбнулась и только после этого отвлеклась на нас: