Так или иначе, но не учесть подобный аргумент было бы сложно.

— А сейчас, — уже тише, видно, и по нему их поцелуй прокатился катком, как-то нежнее и сокровенней, прошептал с хриплыми нотками Дамир, — я тебя услышал насчет вида, любимая. Выйдем через двадцать минут, завезем тебя домой, а я к Чехову мотнусь, нам со следователем обсудить прогресс по расследованию нужно, — он стал серьезней и мрачней. — Да и с адвокатами надо начать согласовывать, как дела переоформлять. Плюс переговоры… Сама не едь в офис. Я как только с Саньком пересекусь, пошлю Никиту за тобой, они с ребятами тебя отвезут. Нам с Чеховым его охраны хватит. Очень прошу тебя, Тоня. Это не шутки, — руки Дамира обняли ее с такой силой, будто на мгновение ему стало страшно, что и с ее машиной случится то, что с Вороновым позавчера.

— Обещаю, любимый! — она не могла продолжать спорить, когда касалось этих эмоций, страхов и просьб. Да и была благодарна, что он учел ее желания и требования. Легко коснулась губами рта Дамира. — И, между прочим, Денис и то романтичней предложение делал: в ресторане, с кольцом, бриллианты там, шампанское и все такое… — не удержалась от легкой издевки. Ну и чтоб настроение переменить.

 Пархомов все уловил, усмехнулся широко.

— Нюансы с кольцом учту и реабилитируюсь, а вот насчет ресторана… не мой стиль, слишком стандартно, надо ж было тебя обезоружить внезапностью. Ну и выбора особо нет, птичка, — все еще не выпуская ее, подмигнул Дамир. — Сама меня ледоколом называла. Так и есть. Я ж не столько предлагал, я тебе перспективу и план на ближайшие годы обозначил, учитывай…

— Пархомов! — не удержалась, толкнула его двумя руками, стараясь выбраться из этих объятий.

— «Любимый» мне нравится больше, — ничуть не растерялся он.

— Ты вообще не романтик, блин! — ворчливо огрызнулась Тоня… правда, не особо и уверенная, а нужна ли ей та романтика?

 Вон, несмотря на красивое оформление предложения, как Дэн умел нервы истрепать.

— Есть такой грех, — не отрицал он, все же отойдя и начав завязывать галстук.

 Честно говоря, и Дамир в деле истрепывания нервов от него не то что не отставал, а мог фору дать на сто очков вперед… С другой стороны, хороший шанс ему отомстить, изводя в ответ… годами. С обоюдной выгодой и удовольствием, так сказать.

— Я еще думаю, чтоб ты понимал, — резко обозначила Антонина, приблизившись и несколькими уверенными движениями завязав Дамиру элегантный узел.

— Я понял… — хмыкнул Пархомов, позволив ему помочь. — Но и я не Лукьяненко, любимая, дольше получаса думать не позволю, сам все решу за обоих. Так что, считай, что уже замужем, — он чмокнул ее в кончик носа, не впечатлившись, похоже. — Очень красиво, спасибо… что не задушила, птичка, — рассмеялся Дамир, когда она отошла, скорчив зверскую гримасу по поводу его последнего замечания. — Тебя особо галстуки… будоражат, как я вижу. Учту на совместное будущее, — подмигнув, Дамир отвернулся и пошел к своему кабинету собирать документы.

 А Тоня наконец-то расплылась в настолько широкой и немного победной улыбке, как ей хотелось последние минут пять! Приготовила себе еще кофе. Надо же отпраздновать еще одно предложение. Те теперь на нее прям из рога изобилия сыпались. Однако, в отличие от прошлого раза, Тоня точно полностью присутствовала в моменте, все понимая и принимая активное участие в происходящем.

— Еще раз прошу, никуда без Никиты не выходи. Дождись парней! — Дамир напоследок обнял ее так сильно, словно убедить хотел этими объятиями.

— Слушай, я запомнила и поняла все с первого раза, и прекрасно осознаю: все сложно, и надо соблюдать меры безопасности, — Тоня закатила глаза, пользуясь тем, что он все равно не видит, уткнулся ей в шею, щекоча губами затылок под растрепанными короткими прядками. — Не глупая.

 Да и ей приятно было, чего вырываться? Еще бы на мгновение это удержать: зыбкий покой утра, их связь, которая стала совершенно иной, новой, не похожей на все то, что раньше было.

— Это да. Иногда мне кажется, ты умнее меня, птичка. Уж точно вдумчивей, — усмехнулся Дамир. И, еще раз сильно прижавшись к ее губам напоследок, с видимым сожалением отстранился. — Ладно, все, мы поехали. Встретимся через два часа у вас в офисе. Удивим Акимова пертурбациями в руководстве компании, — подмигнув, Дамир все же нехотя вышел в коридор подъезда.

 Никита, все это время стоявший на охране у приоткрытой двери, также кивнул Антонине.

— Я приеду минут через сорок-сорок пять, — сообщил ей.

— Хорошо, я успею, — согласилась Тоня, которой осталось лишь переодеться и взять сумку.

 После этого Дамир и Никита ушли, удостоверившись, что Тоня заперла двери. Она еще раз закатила глаза, вновь-таки пользуясь фактом, что ее они не видят. Впрочем, то, как Дамир усмехнулся на экране включенного домофона, навело на мысль, что он что-то подозревал.

 Поймала себя на том, что тоже улыбнулась. Не так и плохо, учитывая все, что случилось за последние двое суток. Успокоив себя этим, пошла собираться.

 Но уже минут через пять была вынуждена прерваться, только достав из шкафа костюм, который планировала надеть на работу. В домофон настойчиво позвонили. Удивившись, но подумав, что Дамир что-то забыл, раз решил лично вернуться, пошла в коридор.

 Однако на экране был виден совсем не Дамир, а Дэн… Ну да, его консьерж внизу пропускал без согласования с ней, давно знал. Тут же вспомнила, что все это время не отвечала ему, да и режим «не беспокоить» не отключала. С Элей поговорила вчера, пока Дамира ждала, объяснив если не все, то многое подруге. С матерью коротко поговорила, которая в другом городе жила, не вдаваясь особо в сложные подробности своей жизни. А вот Дениса не набирала.