Поднявшись, я вернулся к разверзшейся дыре, откуда доносились леденящие душу стоны, вой и скрежет. Понемногу свет начал блекнуть — очевидно, что скоро дыра затянется, а потому нужно спешить.

— Гирос, Астральный гнев! — крикнул я, выйдя из убыстрения.

Ниндзя берег свой талант для этого момента. В ту же секунду моя душа вошла в астрал, и я рванул в дыру…

Но меня отбросило! Бездна!

— Не получается!

Бом занес надо мной двуручный меч, но опомнился. Краулер схватился за голову, Гирос стоял истуканом и как заворожённый смотрел в пропасть, ведущую в Преисподнюю. Утес тронул меня за плечо:

— Фигачь самоубийство, или как там фигня от Спящей называлась? Не тормози!

Но я и сам вспомнил план «Б», активировал Самопожертвование.

И упал замертво.

Предвестник!

Ты встал на путь самопожертвования во имя Спящих. Все твои очки жизни конвертируются в очки веры.

Вы мертвы.

До перерождения 10…

Таймер перерождения застыл на десяти секундах. Я почувствовал, как меня засасывает в портал. Перед глазами замельтешили черно-белые огни. Потом они исчезли, я оказался в темноте.

Активация нового игрового плана: «Преисподняя».

Синхронизация… УСПЕШНО.

Внимание! Невозможно применить задействованные в момент переноса способности «Астральный гнев», «Возмездие Спящих», «Гнев Нергала», «Единство», «Неуязвимость Спящих», «Правосудие Спящих», «Синергия», «Содействие Спящих».

Анализ… РЕШЕНИЕ: фиксация текущих числовых параметров.

Включение игрока «Скиф, человек, предвестник 774-го уровня» в базу данных плана… УСПЕШНО.

Перенос текущих параметров игрока… УСПЕШНО.

Логи исчезли, и замигали цифры секунд, оставшихся до воскрешения.

До перерождения 3… 2… 1…

Внимание! Отсутствует точка привязки!

Закрепление формальных связей: выбран доминион Белиала, локация «Гнездовье тифлингов».

Перенос в точку возрождения.

Добро пожаловать в Преисподнюю, предвестник Скиф!

Я воскрес, поднял голову и увидел серо-багряное, будто припудренное пеплом, небо Преисподней.

Будучи совсем маленьким, тифлинг Хаккар мечтал сражаться во славу доминиона, копить хао, гулять по улицам столицы — Рубинового города — и, может быть, даже увидеть великого князя Белиала.

Хаккар поделился фантазиями с шестью братьями, но те подняли его на смех. Самый старший, Анфидар, щелкнул его по тонким, недавно проклюнувшимся рожкам и сказал:

— Хак, малыш, тифлингов если и берут в рекруты, то очень-очень редко! Забудь! Наша судьба — жить здесь, в Гнездовье, и добывать пищу в Пустоте.

Поселение в незапамятные времена основали их пращуры, возможно, даже предки самого Хаккара, и назвали Гнездовьем тифлингов. Однако вскоре деревню заполонили переселенцы и изгои, по большей части демоны, черти да бесы, и название сократили до просто Гнездовья. Узнав, что ему придется провести здесь века, Хаккар расстроился:

— Мне не нравится такая судьба! — топнул ногой он. — Я хочу увидеть Рубиновый город! И стану служить доминиону!

— Вряд ли, малыш Хак, — вздохнул Анфидар.

— Но почему?

— Потому что мы не чистокровные демоны, в нас слишком много от смертных. Нам нелегко копить хао и еще сложнее использовать его в бою. К тому же физически мы слабее других демонов.

Хаккар видел смертных на страницах сказок — сходство было оскорбительным. Все, чем тифлинги от них отличались — мощные изогнутые рога, красноватый цвет кожи, глаза, сияющие демоническим огнем, и хвост. В чертях и то меньше от смертных.

Но даже осознание этого не заставило его отступиться от мечты.

— И все-таки, что нужно, чтобы меня взяли в рекруты?

— Накопить столько хао, чтобы на твоих рогах проявилась хотя бы одна белая звезда.

— Белая? А какие бывают еще?

Анфидар снисходительно улыбнулся, обнажив острые клыки. Он уже тогда был почти взрослый, еще немного, и его рога приобретут изгиб и сменят цвет со светло-коричневого на бурый.

— Когда накопишь тринадцать белых, они превратятся в одну желтую. Тринадцать желтых сменятся одной оранжевой. Тринадцать оранжевых — красной.