Монтозавр остановился в пяти метрах от исполинского крокодила и задрал голову:

— Тра! Ра! Ра! — заговорил он. Звучало так, словно кто-то несколько раз отрывисто дунул в трубу. — Ра! Кра!

Собек метнулся вперед и клацнул челюстями перед Монти. Порывом ветра моего ящера сдуло так, что он кувырком покатился по земле. Врубился режим боя, активировались Правосудие Спящих и Гнев Нергала. Монтозавр достиг тридцати метров, ловко вскочил на ноги и сделал шаг к древнему крокодилу. Земля задрожала.

— Скиф, ну что? — потеребил меня за локоть Краулер. — Бьем зверюгу?

— Погоди… Вдруг его можно приручить?

Теперь Монтозавр стал втрое выше Собека, и тот отступил. Ящер остановился перед ним, пригнулся и, вытянув шею, трубно проревел в морду крокодила.

Прикинув, не призвать ли Акулона и остальных питомцев, я отказался от идеи. Не стоит вмешивать их в диалог двух зверобогов, вдруг все испортят. А то и погибнут, теряя опыт, в бесплодной попытке атаковать древнего крокодила.

Собек ударил лапой по земле, и ноги-колонны моего динозавра подогнулись. Он устоял, но отступил и вернулся ко мне, пригнувшись и поджав хвост.

— Говорил же, — разочарованно протянул Краулер. — Этот зверобог сильнее твоего, Скиф.

— Ладно, — кивнул я, бросил под ноги Духовные оковы и, повернувшись к друзьям, сказал: — Стойте на месте, я кое-что попробую.

Кислотная слюна, стекшая с верхнего клыка Собека, зависла в воздухе и начала длинное падение. Мельтешащий дождь остановился, я разглядел каждую капельку. Подлетев к Собеку, я ударил.

Вы нанесли критический урон Собеку: 3,7 млн!

Очки жизни: 26,999 млрд / 27 млрд.

Разочарованно выдохнув, я вбил в оскаленную морду полное Комбо и отлетел в безопасную зону. Мне не хватит запасов духа, чтобы убить зверобога с таким объемом жизни и такой защитой! Урон, судя по баракатам, урезался раз в двадцать.

Я вышел из убыстрения перед парнями и только тогда услышал рев разъяренного Собека. Монтозавр, который давно должен был сагриться на него, взревел в ответ, но в драку не полез, здраво оценивая свои возможности. Памятуя о том, что Монти смертен, я отозвал его.

— Эту же фигню ты использовал на Играх? — спросил Утес, пытаясь перекричать рев крокодила.

Тот разъярился и метался, перепахивая землю, в нас полетели вырванные с корнем деревья. Войти в место силы Собек не мог, зато был способен прибить нас многотонными стволами, поэтому мы отошли подальше.

— Она. Только мне ее еще качать и качать. Видели, сколько у Собека жизни?

— А то как же, — хмуро ответил Краулер. — И как теперь качаться?

Зверобог переместился по краю места силы так, чтобы приблизиться к нам, и сейчас находился напротив. Реветь перестал, но упорно старался продавить невидимую пелену, не пускавшую его. Не зная, на что надеясь, я бросил в Собека Летаргию. Тщетно.

Бомбовоз разжег костер, и мы сели в кружок вокруг него.

— Похоже, фарм закончен, — констатировал Бомбовоз. — 635-й у меня.

— 647-й, — вздохнул Краулер. — Бездна, я так надеялся взять 700-й и заняться Алхимией!

— 612-й у Гироса. — Ниндзя сиял и улыбался так, что глаз стало не видно. — Гиросу нужно навестить наставника!

— Всем нужно, — хмыкнул Утес. — Под оборотным зельем, разумеется. У меня 622-й. Полгода назад мы могли бы выиграть Арену, не участвуя. Противники, увидев наши уровни, просто снялись бы с турнира. Не уверен, но думаю, мы теперь можем пережить Армагеддон.

— Армагеддон? Вы, смертные, только и стремитесь к взаимному уничтожению.

Голос раздался сверху.

— Э…

— Кто это сказал? — Бомбовоз подпрыгнул, задрал голову и заозирался.

Мы все вскочили, готовясь к бою. Я взглянул на храм, но Тиамат там не было. Да и с чего бы ей говорить мужским голосом?

— Кто здесь? — напряженно спросил Краулер. — Гирос, твои шуточки?

— Нет, это не ниндзя Гирос, Ныряющий в Астрал, — хохотнул голос. — И не воин Бомбовоз, выбравший своим покровителем одну из моих зверюшек. — Тон говорящего стал жестче. — И не воин Утес, марионетка Нергала! И уже тем более не маг Краулер, лучше всех вас умеющий управлять потоками маны…

— Тогда кто? Скиф? — спросил гном. — Ты не назвал только его! Скиф, это ты?

Я был слишком ошарашен, чтобы ответить первым.

— Предвестник Скиф? Нет, это не он, конечно. У инициала Спящих слишком много регалий, чтобы называть их все.

— Выйди на свет и назовись! — потребовал я.

— Легко быть смелым, любимец Фортуны, когда удача на твоей стороне. — Голос издал смешок. — И все же ты просто смертный!

Нас накрыло тенью, земля просела так, что мы свалились. Запрокинув головы, увидели, что над нами вознеслись две горы, а мы оказались в расщелине между ними, прижатые друг к другу.